Учебная работа. Экономический кризис и его последствия

Экономический кризис и его последствия

ЭКОНОМИЧЕСКИЙ КРИЗИС И ЕГО ПОСЛЕДСТВИЯ

План

Введение

. «Саб-прайм»

. Кризис Ликвидности

. «Разоблачение»

. финансовый крах

. Закачка денег

Заключение

Список литературы

Введение

Выбор, мною, данной темы, в большей мере обуславливается своей актуальностью. Ведь это событие произошло на наших глазах, и не оставила без внимания никого. Мне кажется-это очень важная и значимая тема.

Ключевой вопрос, волнующий миллионы людей, будет ли вторая волна кризиса. Еще более важный вопрос — насколько он коснется россии и еще более — как выйти из кризиса персонально.

Взгляд пессимиста рисует самые мрачные перспективы.

Если вспомнить не такой уж и давний энергокризис, поразивший юг Москвы и совсем недавнюю катастрофу на Саяно-Шушенской, то кризис уже угрожает не просто разрушить малопонятную большинству финансовую систему, а саму инфраструктуру экономики.

С учетом традиционного российского воровства, приписок и вынужденного урезания инвестиционных программ — перспективы строительства и модернизации инфраструктуры откладываются на несколько лет.

Добавим к этому не слишком привлекательный инвестиционный имидж России.

Пока, кроме удачной сделки (кстати, это еще предстоит доказать) с Опелем, отечественная экономика не может похвастаться притоком капитала, технологий, людей и идей.

Цены на нефть нами не управляются и мы не сможем, например, помешать их спекулятивному понижению.

Заверения правительства о стабилизации безработицы плохо вяжутся с массовыми увольнениями на АвтоВазе. Да разве только на нем и на смежниках? И что стабилизировалось в скрытой безработице?

Наконец, сложнее всего с мотивацией. Механизм никак не изменится. В России до сих пор не выгодно больше и лучше работать. С учетом того, что это замечание справедливо для госкорпораций, а частный сектор все более и более съеживается — общий баланс мотивации резко отрицателен.

ЭКОНОМИЧЕСКИЙ КРИЗИС И ЕГО ПОСЛЕДСТВИЯ

первая часть. Саб-прайм

Важным этапом было то, что цены на недвижимость в США начали падать в конце 2006 года и это оказало драматический эффект на Рынок рискованных ипотечных займов. Причина была в том, что Рынок зависел от постоянного роста цен на недвижимость и в то же время займы делались людьми, которые в обычных условиях, не смогли бы оплачивать взносы по кредиту. Кредиты выдавались сроком на три года, учитывая рост цен на недвижимость, у заемщиков оставалась возможность переоценивать , с тем, чтобы у них была возможность платить более низкие взносы. Это означает, что когда цены на недвижимость перестали расти, рынок ипотечных кредитов обрушился очень быстро.

Это имело большое влияние на ряд американских банков. доля ипотечных кредитов, выданных людям, формально не имевшим возможности их получить четыре года назад составляла всего шесть процентов, но к 2006 доля неблагонадежных кредитов составляла уже двадцать три процента. Очевидным результатом стало то, что качество кредитов за этот период серьезно ухудшилось. И на поздних этапах роста цен на недвижимость люди, которые брали кредит все меньше и меньше соответствовали формальным требованиям, предъявляемым должникам. Последствия этого мы увидели довольно скоро, индекс ABX рухнул и общие потери США на рынке ипотечных кредитов составили 600 миллиардов долларов. Столько, кстати, составляют золотовалютные резервы россии.

Таким образом, кризис закладных саб-прайм раскрыл риски широкомасштабного неправильного установления цен, которое в свою очередь было связано со слишком мягкими условиями выдачи кредитов и избытком легкодоступной ликвидности на рынке. Этот избыток, в свою очередь, вероятно, является результатом излишне мягкой монетарной политики особенно в США.

Итак, кризис саб-прайм выявил некоторые ошибки в законодательном регулировании, сделал очевидной опасность слишком мягкой монетарной политики, и преподал ряду весьма продвинутых финансовых институтов болезненные уроки об управлении рисками и разработке стратегий хэджирования. Для некотых финансовых институтов потери от первой фазы кризиса были огромны. Например, были обрушены такие фирмы как UBS и Merryl Lynch. несколько Европейских банков некогда тоже имели серьезные позиции на рынке саб-прайм, и, следовательно, они тоже утонули в этом кризисе. Примером тому может служить IKB

Но с кризисом можно было бы справиться, если бы он ограничился только проблемами с саб-прайм кредитами и связанными областями. Финансовая система смогла бы даже справиться с потерей сотней миллиардов долларов, возникшими из-за саб-прайм займов. Это была бы болезненная, но преодолимая проблема. И тем не менее, кризис, начавшийся только как ипотечный перерос в другую фазу — в кризис ликвидности.

вторая часть Кризис Ликвидности

Кризис ликвидности начал завариваться в первые месяцы 2007 года, когда начали происходить резкие ценовые изменения в рамках индексов связанных с этим рынком. Но более очевидным кризис ликвиднсти стал 9 августа 2007 года, когда Европейскому центральному банку пришлось закачать большую суммы денег в европейские рынки для того, чтобы стабилизирвать межбанковские займы, проценты по трехмесячному займу скакнули вверх и существенно превысили значения, которые казались приемлимыми для властей. Федеральная резервная система быстро последовала за Европейским центробанком, а затем, неохотно, это сделал и Банк Англии.

некоторое время это сделало Лондон центром кризиса. британское правительство предпринимало весьма неуверенные шаги по решению проблемы, и его нежелание национализировать банк, что было единственным на тот момент решением, привело к репутационным потерям британской системы регулирования рынков. Ретроспективно мы видим, что Northern Rock, очень сильно зависимый от секьюритизации для финансирования своего портфеля закладных, что было на тот момент исключением, стал предвестником будущих проблем многих других банков.

Ища ответ на кризис ликвидности, центральные банки полезли в учебники и начали делать то, что там написано, а именно, накачивать рынки ликвидностью, без ограничений, без гарантий, по низким ставкам. В учебниках сказано, что это должно решить проблему. И на некоторое время это, определенно, отдалило худшие последствия кризиса.

Однако зимой 2007-2008 года центральные банки стали больше беспокоиться вызванной питаемой высокими ценами на сырье, и особенно на нефть, инфляцией, нежели кризисом ликвидности. В этот момент центральные банки начали повышать процентные ставки, чтобы снизить инфляционные риски.

Однако успокоение банков по поводу кризиса было ошибочным. Шторм был готов начаться. Несмотря на то, что рынки несколько стабилизировались, подспудно начали проявляться довольно опасные тенденции. Я называю эту фазу кризиса великим разоблачением.

Часть третья. Разоблачение

Под разоблачением я понимаю процесс переоценки риска, который начался вслед за проблемами с закладными саб-прайм и распространился по всему рынку. Во всем мире, особенно в Европе и США, участники рынка начали переоценивать рискованные активы. Выдача займов институтам, которые воспринимались как очень чувствительные к рискам, продолжалась. Однако хотя ставки межбанковского кредитования упали, следуя за политикой центральных банков, многие финансовые институты очень неохотно кредитовали на длительные сроки. Спред по кредитам вырос. Стоимость страхования кредитов институтам, которые предполагались находящимися под давлением, выросла. стало ясно, что на рынке началось что-то вроде отделения агнцов от козлищ.

одновременно, реальный сектор в Америке и Европе начал слабеть, что увеличило давление на слабые банки с кредитными портфелями низкого качества и небольшими резервами. Кризис развивался, и число жертв росло. В США самый маленький из крупных инвестиционных банков Bear Sterns потерял доверие рынка, и потребовалась спасательная операция, которая была проведена с помощью Федерального резерва, организовавшего поглощения Bear Sterns со стороны JP Morgan. Постепенно начали появляться другие жертвы. В США обанкротился калифорнийский банк Indymac, очевидно, вряд ли выживет Washington Mutual. однако является институтом, в котором размещены депозиты более чем на 300 миллиардов долларов, находился под очень сильным давлением, которое явилось следствием необдуманного поглощения калифорнийского банка Golden West. В великобритании Bradford and Bingley, специализированный ипотечный банк с высокой долей ипотек на недвижимость, приобретаемую с целью сдачи в аренду, находится под большой угрозой. Alliance and Leicester были поглощены банком Santander. Halifax Bank of Scotland и Royal Bank of Scotland, вошедший в Капитал банка ABN Amro на пике инвестиционного бума по очень высокой цене, сильно упали в неспокойные времена и также были определены потенциальными жертвами. В Бельгии Fortis привлек внимание как слабое звено. Ситуация развивалась .

В течении определенного времени проблемы банков решались правительствами соответствующих стран только частично. Как я уже говорил, Bear Stearns подтолкнули к поглощению со стороны JP Morgan. Альянс между Lloyds TSB и Halifax Bank of Scotland был организован с помощью правительства Ее Величества. Bradford and Bingley был расчленен, его отделения отошли банку Santander, а активы были выкуплены правительством.

однако поздним летом проблемы стали возникать значительно быстрее, чем власти могли их решать, особенно в США. Fannie Mae и Freddie Mac потребовали спасения, причем не один раз, а дважды. AIG стал очень вероятной жертвой. Хотя AIG — страховая компания, правительство США считало, что ее крах будет иметь фундаментальные последствия для всего финансового рынка. Одновременно, Lehman Brothers стал на рынке самым вероятным кандидатом на роль банкрота. В выходные 14-15 сентября стало понятно, что участники рынка с очень большой неохотой готовы держать деньги, а также любые другие активы, в Lehman Brothers, и его жизнеспособность была поставлена под вопрос. Попытки спасти банк или организовать его поглощение другим банков в эти выходные оказались неудачными, и началось дело о банкротстве. Lehman Brothers оказался воздушным шариком, из которого выпустили воздух. Это послужило началом четвертого акта кризиса — финансового краха.

Часть четвертая. Финансовый крах

Глава Банка Англии Мервин Кинг предполагает, что Леман Брозерс сам по себе мог и не быть ключевой причиной краха финансовой системы, его роль могли сыграли и другие финансовые институты. Поскольку я сам был главой регулирующего органа, я бы не стал сразу критиковать власти США за те шаги, которые они предпринимали или наоборот не предпринимали. Министр финансов США Генри Полсон утверждает, что у Минфина не было и выбора, и они были вынуждены допустить банкротство Lehman Brothers. Как бы то ни было, в итоге крах еще одного инвестиционного банка привел рынок в состояние, близкое к панике.

традиционная точка зрения, которую поддерживает Комиссия по ценным бумагам США, заключается в том, что банкротство инвестиционного банка не приводит к таким серьезным последствиям, как крах крупного коммерческого банка. Инвестиционные банки, в отличие от коммерческих, не вовлечены в привлечение депозитов и кредитование реального сектора экономики. В теории, можно безболезненно расшить баланс инвестиционного банка, погасив его долги за счет активов и получив в итоге небольшой положительный или отрицательный остаток. Однако этот анализ упускает из виду взаимосвязи таких финансовых институтов, как Lehman Brothers, с другими частями финансовой системы. Он опутал своими щупальцами рынки по всему миру. возможно, он не был достаточно большим, чтобы не допускать его краха, однако он имел слишком много связей, чтобы это сделать.

В то же время проблемы, с которыми Минфин столкнулся в конгрессе при утверждении общей схемы спасения финансовых рынков, знаменитой TARP (программы избавления от проблемных активов), добавили рынку нервозности. В результате те институты, которые ранее не воспринимались как слабые или испытывающие недостаток капитала, также оказались под серьезным давлением. В этот момент разоблачение козлищ и отделение их от агнцев превратилось во всеобщий крах, и сильные финансовые институты стали испытывать те же самые проблемы, что и слабые. Goldman Sachs и Morgan Stanley попали под серьезное давление, связанное с продажей их ценных бумаг, и участники рынка начали отказывать им в какой-либо ликвидности. В Великобритании также под давление попали все банки, а не только те, чей бухгалтерский баланс был слаб. Fortis пал. Зашатались ирландские банки. Правительствам пришлось реагировать, причем без хорошо и заранее запланированных мер. внезапно ирландское правительство гарантировало все депозиты, то же самое сделала Греция. В Исландии произошел коллапс банковской системы. В какой-то момент показалось, что все правительства потеряли контроль над ситуацией. Некоторые их шаги выглядели как стратегия «пусть разорится сосед, но не я», что подливало масло в огонь кризиса доверия.

К счастью, фаза краха продолжалась относительно короткий период времени, и довольно быстро правительства начали врубаться в ситуацию и реализовать более продуманные и эффективные программы помощи рынку. В США фокус переместился с выкупа проблемных активов на адресную финансовую помощь банкам, вслед за тем как то же самое сделало правительство великобритании. Саммит Евросоюза ввел некоторую дисциплину в финансов стран Большой семерки ясно заявили, что не допустят больше банкротств системных банков: «Следующего Лемана не будет». Это привело к существенному падению стоимости страхования кредитов, которые выдаются инвестиционным банкам. Я называю эту фазу кризиса «руки тянутся к помпе».

Часть пятая. Закачка денег

Власти начали накачивать рынки ликвидностью даже более энергично, чем они это делали во время второго акта. Методы накачки в США и в великобритании были разными. В Великобритании банкам предлагали финансовую поддержку, однако они не были обязаны ее принимать, если считали, что могут привлечь Капитал на открытом рынке. В США все банки были обязаны принять вливания капитала от Казначейства, хотели они того или нет. Правительство становилось совладельцем банков через покупку или обычных акций, или привилегированных акций с возможностью последующего обмена на обычные.

Однако признаком серьезности ситуации стало то, что финансовые рынки, несмотря на такую массивную интервенцию, не прореагировали. Месячные ставки межбанковского кредитования оставались значительно выше, чем это хотелось бы властям. некоторое воздействие на спреды по межбанковскому кредитованию наблюдалось, однако явно недостаточное .

Что было причиной для такого развития событий? Почему участники рынка сохраняют неуверенность в стабильности финансовых институтов даже после того, как те получили гарантии от правительств западных стран? До некоторой степени это загадка. По слован Жана-Клода Трише, некоторые участники рынка похоже ведут себя неразумно или почему-то заинтересованы в таком развитии событий. В конце концов, «рынки» — это просто люди, на них работающие. Есть люди, которые заявляют, что не дают кредиты другим участникам рынка потому, что сами не могут получить кредиты или кредитные гарантии. Такая проблема, теоретически, должна быстро разрешиться. Если этого не случается, и ставки межбанковского кредитования остаются невероятно высокими, у центральных банков остается только один инструмент для воздействия. Центральные банки могут действовать как инвестиционные, гарантируя все сделки на рынке межбанковского кредитования. Я уверен, что ни один из крупных центробанков не хотел бы для себя такой роли, и я очень надеюсь, что это не понадобится. Однако по крайней мере теоретическая возможность такого развития событий существует.

В Западных странах кризис вызвал экономический спад. весьма вероятно, что скоро это произойдет и во всех остальных странах. Хотя технически в США и Великобритании рецессия (негативные цифры экономического роста в течение двух кварталов подряд) еще на началась, трудно себе представить, чтобы этого не случилось в самое ближайшее время. МВФ снизил свои прогнозы роста. В великобритании быстро растет безработица. Увеличивается число корпоративных банкротств. Резко снизились продажи недвижимости, также как и цены на нее. Ипотека сокращается еще быстрее. Резко снизились продажи автомобилей. Строительство на грани полной остановки. очевидно, ситуация очень серьезна. Европа погружается во мрак, от Исландии до Турции.

Заключение

Можно сколько угодно ругать сырьевой характер нашей экономики, но, объективно, российские природные ресурсы нужны миру.

Поэтому, никакой Набукко нам не смертелен, хотя и способен причинить некоторые огорчения.

Пока мы — мост между Европой и Азией — через нас будут ходить поезда и летать самолеты. Раз так, то даже при нашей малоэффективной работе (между прочим, любой из нас мог бы и лучше работать) будет определенный денежный поток, поддерживающий и экономику, и наш кошелек.

вторая группа надежд связана, по сути, со второй приватизацией. Все говорит о том, что и разделенная РАО ЕЭС, пока не разделенная, но делящаяся ОАО РЖД и что еще не собирающийся делиться Газпром (ну не берем в расчет кучку дочек) — все они тяготеют к переходу в частно-государственное, а то и частное управление.

Возможно, государственное имущество попадет к чиновникам по принципу феодальных наделов. Но все равно, им придется работать в рыночных условиях, не с нашим рынком, так с мировым. А Интеграция в него — уже свершившийся факт, даром, что россия пока не в ВТО.

Частным же лицам можно дать лишь три банальных, но эффективных совета-решения:

работать лучше.

Требовать за лучшую работу справедливого вознаграждения и уходить от несправедливых работодателей.

Объединяться для защиты своих интересов

Список литературы

.Журнал-Экономика россии ХХI век №23.:М.2011

. Журнал «The Economist» .:М 03.04.2010

Интрнет-ресурсы:

1.<HTTP://www.mirkrizis.ru/finansovyj-krizis-i-ego-posledstviya/>

.

Учебная работа. Экономический кризис и его последствия