Учебная работа. Королевство Саудовская Аравия и Исламская Республика Иран в борьбе за региональное лидерство в Персидском заливе

королевство Саудовская Аравия и Исламская Республика Иран в борьбе за региональное Лидерство в Персидском заливе

Королевство Саудовская Аравия и Исламская Республика Иран в борьбе за региональное лидерство в Персидском заливе

Содержание

Введение

Глава I. внешняя политика Исламской Республики Иран

.1 Становление и этапы внешней политики Ирана в последней четверти XX в

.2 Иран и страны Персидского залива

.3 Внешняя политика Исламской республики Иран в отношении королевства Саудовская Аравия

Глава II. Внешняя политика королевства Саудовская Аравия 1980-2000 гг.

.1 Особенности внешней политики Королевства Саудовская Аравия

.2 Саудовская Аравия и страны Персидского залива

Глава III. Встречными курсами

.1 новый формат иранской политики в XXI в

.2 Внешняя политика королевства Саудовская Аравия в начале XXI века

.3 Ирано-саудовская региональная борьба. угрозы и перспективы

Заключение

Список использованной литературы

Введение

Актуальность данного исследования состоит в том, что дипломатические взаимоотношения государств в регионе Персидского залива являются важной составляющей стабильности в регионе, который жизненно важен для многих стран Запада, в том числе и США. Необходимость определения модели дипломатии, выстраивающей внешнюю политику, определяется существованием двух центров силы, которые пытаются добиться лидерства в регионе Персидского залива. именно поэтому необходимо рассматривать комплексно взаимоотношения Исламской Республики Иран (ИРИ) и королевства Саудовская Аравия (КСА), как с региональными государствами, так и на Ближнем востоке в целом, поскольку это определяет роль государства во всём арабо- мусульманском мире.

Целью настоящей работы является анализ внешней политики Исламской Республики Иран и королевства Саудовская Аравия в рамках региональной борьбы за Лидерство.

В ходе исследования должны быть решены следующие задачи:

проанализировать модели дипломатии Исламской Республики Иран и королевства Саудовская Аравия их изменения и влияние на выбор внешнеполитического курса.

рассмотреть процесс выстраивания взаимоотношений Исламской Республики Иран и королевства Саудовская Аравия.

определить направления деятельности королевства Саудовская Аравия в рамках Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива.

охарактеризовать внешнеполитический курс Исламской Республики Иран, направленный на «экспорт исламской революции».

проанализировать взаимоотношения Исламской Республики Иран и Королевства Саудовская Аравия со странами Персидского залива.

Объектом исследования является внешняя политика Исламской Республики Иран и Королевства Саудовская Аравия.

Предметом исследования можно считать процесс выбора внешнеполитического курса Исламской Республики Иран и королевства Саудовская Аравия в зависимости от постоянно изменяющихся условий.

Хронологические рамки исследования: 1979 — 2017 гг., т.е. от исламской революции в Иране, установившей Научная новизна исследования определяется отсутствием в отечественной историографии серьезных аналитических работ посвящённых выстраиванию взаимоотношений Исламской Республики Иран и Королевства Саудовская Аравия на современном этапе и роли этих взаимоотношений в обеспечении безопасности и стабильности в регионе Персидского залива.

Методологические основы исследования: В основе лежит принцип историзма, а также принцип объективности. В работе используются следующие методы: системный метод, позволяющий проследить генезис развития дипломатических курсов Ирана и Саудовской Аравии; историко- типологический метод, который позволяет выявить и сгруппировать схожие явления и процессы в обеих странах. В связи с региональным подходом в постановке проблемы исследования, был применен историко-системный метод.

Обзор источников. Источниковой базой исследования стали интервью официальных представителей Саудовской Аравии и Ирана, опубликованные в газетах «Аш-Шарк Аль-Аусат», Tehran Times, Ар-Рияд, а также материалы внешнеполитических ведомств Исламской Республики Иран и

королевства Саудовская Аравия.

Состояние изученности темы. проблеме взаимоотношений Королевства Саудовская Аравия и Исламская Республика Иран в современной отечественной исторической науке уделяется мало внимания. Наиболее полным трудом по внешней политике Саудовской Аравии периода с 1980-х по начало XXI века является совместная монография историков Григория Григорьевича Косача и елены Суреновны Мелкумян.6 Книга, не являясь объемной, охватывает большой пласт информации, что, однако, не сказывается на содержании исследования. Перед авторами стояла трудная задача, рассмотреть в работе особенности внешней политики Саудовской Аравии, проанализировать её принципы и направления.

авторами была рассмотрена внешнеполитическая деятельность КСА — одного из ведущих государств в арабо-мусульманском мире, активно участвующего в решении как региональных, так и глобальных проблем. На страницах своей монографии авторы рассмотрели процесс складывания основных принципов и приоритетов Саудовской Аравии во внешней политике. Основные принципы, которые, по мнению авторов, заложил ещё основатель КСА Абдель Азиз Ибн Сауд позволили Саудовской Аравии закрепить своё положение в регионе ещё в донефтяную эпоху, тем самым определив свой внешнеполитический курс. Отдельная глава в исследовании посвящена ССАГПЗ, обстоятельствам его создания, принципам работы и месту Саудовской Аравии в этой организации.

Важным фактором является то, что исследователи написали монографию на основе работ саудовских историков, что важно для понимания, как саудовская элита видит конкретные цели и задачи собственной внешней политики.

В заключении авторы представили выводы об особенностях внешней политики КСА и дали объективную оценку положительных и отрицательных

её аспектов, а также сделали предположение о ближайших перспективах её эволюции.

елене Суреновне Мелкумян принадлежит ещё один серьезный труд по внешней политике Саудовской Аравии 1980-х — конца 1990-х в рамках ССАГПЗ. В основном этот труд совпадает с главой в совместной монографии с Г.Г. Косачом, однако раскрывает деятельность КСА в рамках ССАГПЗ наиболее полно. Автор считает, что ССАГПЗ является порождением глобализации и регионализации, т.е. тех тенденций, которые наметились в тот период. подробно Е.С. Мелкумян останавливается на взаимодействии ССАГПЗ с ведущими мировыми державами. Отношения с США, по мнению автора, строились на взаимных интересах по обеспечению безопасности в регионе Залива и необходимостью поставок углеводородов на мировой Рынок.

Также автор подчеркивает важность отношений ССАГПЗ и ЕС для создания многополярности в системе международных отношений, тем самым создав противовес США, которые стремятся быть единственным гарантом обеспечения безопасности в Персидском заливе. Кроме того, автор считает, что такие взаимоотношения основаны на экономическом интересе обеих сторон. Для Европы жизненно необходимо получать нефть и газ, а для стран ССАГПЗ новейшие технологии, которыми обладают европейцы.

Что касается внешней политики Ирана после революции и до начала XXI века, то наиболее обстоятельный труд принадлежит историку Ушакову Вячеславу Алексеевичу. В своей монографии он рассматривает взаимоотношения Ирана с арабо-мусульманским миром в контексте экспорта исламской революции и её эволюции после прихода к власти президента М. Хатами.

Отдельную главу автор посвятил курсу Исламской Республики Иран на вооруженный экспорт революции в Ираке — ирано-иракский конфликт. По ряду причин, представленных автором, Ирану необходимо было вступать в войну, чтобы осуществить задуманное — установить в Ираке шиитскую изменения отношений двух государств и поведения их во время войны.

Наиболее важной для раскрытия поставленной проблемы является третья глава, в которой автор рассматривает отношения со странами Персидского залива под влиянием концепции экспорта исламской революции.

Общий обзор истории Ирана в XX веке содержится в монографии Алиева Салеха Мамедоглы. автор, однако, сконцентрирован на экономической политике Ирана, что подтверждается множеством статистических данных и ссылок на источники, однако сложности возникают в определении модели дипломатии. Межгосударственная Политика Исламской Республики Иран описана довольно скудно.

Общий обзор истории Саудовской Аравии с середины XVIII века по конец XX века принадлежит историку Васильеву Алексею Михайловичу.16 В своем труде в интересующий нас период автор рассматривает формирование основ внешней политики в «донефтяную» эпоху. Однако, несмотря на указанный промежуток, автор фактически не затрагивает внешнюю политику Саудовской Аравии второй половины 1980-х — 90-х годов.

Нефтяной фактор в истории обеих стран затрагивали целый ряд авторов. Остановимся на наиболее важных моментах указанных работ. В монографии Алиева С.М. рассматривается процесс образования цен на нефть

в период нефтяного кризиса 1973 г. автор характеризует его влияние на внешнюю политику Ирана, что порождает в 1980-е годы нефтяной

«аргумент» во внешней политике Исламской Республики Иран и давлении на страны Запада через необходимые на рынке углеводороды.

Монография Примакова Е.М. посвящена проблемам, связанным с экономическим равноправием, борьбой за контроль над нефтяными запасами и прочим проблемам, касающимся добычи нефти в регионе Персидского Залива. наиболее интересная проблема, затронутая в исследовании это взаимоотношения между страной производителем нефти и империалистическими государствами, а также образование нефтяных монополий.

В монографии Вальковой Л.В. освящена такая проблема, как влияние нефтедолларовых богатств на внешнюю политику Саудовской Аравии и её отношения с капиталистическими странами. Кроме того автор рассматривает роль Королевства в отношениях между арабскими государствами, в урегулировании ирано-иракского конфликта и борьбе за Лидерство в арабо- мусульманском мире.

Влияние исламского фактора на внешнюю политику рассматривается в сборнике статей «Иран: Ислам и власть» под ред. Мамедовой Н.М. и М. Санаи. Вошедшие в издание статьи позволяют сформировать представление об уникальном для XXI века государственном устройстве в Иране о влиянии его на формирование внешнеполитического курса и об эволюции взглядов шиитских и государственных лидеров страны на направления развития страны, как во внутренней политике, так и во внешней.

Развитие дипломатических отношений Ирана в конце XX века описывается в сборнике статей «Иран: история и современность» под ред. Кулагиной Л.Н, Мамедовой Н.М. Данное издание с разных сторон позволяет рассмотреть дипломатические перспективы Ирана в международной политике. Особый интерес в данном сборнике вызывает статья Орлова Е.А. автор видит стремление ИРИ к лидерству в регионе Залива посредством налаживания отношений с Западом, Россией и самими странами Персидского залива. Ещё одним важным достижением иранской дипломатии периода после революции и до начала 2000-х годов является деятельность по экономической интеграции в регионе Западной и Центральной Азии. автор имеет в виду создание в 1985 г. по инициативе Ирана ОЭС, куда вошли ещё Пакистан и Турция, а с распадом СССР ещё ряд бывших советских республик.

Чтобы более полно рассмотреть развитие дипломатических отношений Ирана необходимо обратиться к статье Кондратьева С.С.22 В данном труде рассматривается особенности политики Ирана переходного периода времён президентства М. Хатами. По мнению автора, в связи с нарастающим недовольством консервативной части иранского истеблишмента и тяжелым экономическим состоянием страны правительство М. Хатами было вынуждено расширять международные связи и идти на сближение со странами Запада и в первую очередь с США. В отношениях с Европейским союзом Ирану удалось наладить отношения, создав тем самым пространство для манёвра. однако с США, по мнению автора, отношения наладить не удалось, в первую очередь потому, что консерваторы в Иране ведут бескомпромиссную политику, которая сталкивается с антииранским лобби в правительстве США.

В период 2000-2017 гг. появился ряд работ, расширяющих исследовательское поле межгосударственных контактов. В частности следует

обратить внимание на статью А.Г.Рыкова, посвященную внешней политике Исламской Республики Иран . В своей статье автор анализирует проблемы взаимоотношений Ирана со странами Персидского залива, а также те изменения в иранской модели дипломатии, которые наметились с приходом к власти неоконсерваторов во главе с М. Ахмадинежадом.

Проблема отношений Ирана со странами Запада и в первую очередь США затрагивается в статье А.З. Арабаджяна автор устраивает ретроспективу отношений Ирана со сверхдержавами с начала XX века. Что касается интересующей нас проблемы, то автор считает, что противостояние США после 1979 г. является проявлением истинно независимой политики, не нуждающейся в постоянном лавировании между несколькими державами. Вывод А.З.Арабаджяна перекликается с положениями А.Г. Рыкова. В статье

«Кризис вокруг Ирана и возможные сценарии развития событий» автор рассматривает причины повышенного интереса к Ирану со стороны США и их влияние на отношения двух государств. Также рассматрены интересы России в связи с иранским ядерным досье и перспективы переговоров по нему.

проблеме изменения внешнеполитической доктрины Исламской Республики Иран в начале XXI века посвящено несколько исследований.29 Основной их посыл в том, что с укреплением позиций неоконсерваторов в Иране и приходом к власти М. Ахмадинежада иранская дипломатия становится прагматичной и направлена на достижение лидерства в Персидском заливе.

проблема изменения внешней политики Королевства Саудовская Аравия в начале XXI века рассматривается в другой работе Е.С. Мелкумян.30 Автор затрагивает изменения во внешнеполитической доктрине Саудовской Аравии во время иракского кризиса и анализирует роль ССАГПЗ в обеспечении региональной безопасности.

Проблеме иранского ядерного досье посвятили свои монографии Млечин Л.М. и Евсеев В.В. В своих работах авторы рассматривают влияние ядерной программы Ирана на выстраивание отношений его с другими государствами, а также этапы и перспективы переговоров по иранскому ядерному досье.

Изучая проблему выстраивания взаимоотношений Исламской Республики Иран в современный период, следует обратиться к двум сборникам. Статьи посвящены изменению внешнеполитического курса в связи с победой на выборах Х. Роухани и анализу двухсторонних отношений Исламской Республики Иран со странами Европы, Азии, россии. Кроме того рассматривается участие Ирана в обеспечении региональной безопасности и решению вопросов связанных с поставкой углеводородов на мировой Рынок. Проблема выстраивания взаимоотношений Саудовской Аравии в современный период наиболее полно рассмотрена в статье Г.Г. Косача. В ней автор рассматривает взаимоотношения Королевства Саудовская Аравия со странами Персидского залива, с Сирией, Египтом. кроме того рассматривается деятельность Саудовской Аравии по борьбе с терроризмом в лице ИГИЛ.

Глава I. внешняя политика Исламской Республики Иран

.1 Становление и этапы внешней политики Ирана в последней четверти XX в.

Исламская революция 1978-1979 г. явилась определяющим фактором, вызвавшим необходимость для Ирана формирования нового курса взаимоотношений с мировым сообществом. Это было обусловлено неоднозначной оценкой смены шахского режима, как в странах Запада, так и в регионе Персидского залива. В лагерь сторонников сдерживания исламского государства попали отдельные нефтяные монархии Залива, обеспокоенные укреплением шиитских общин на своих территориях и ростом исламского фундаментализма. К ним же следует отнести большинство, так называемого «цивилизованного мира» увидевшего в новом политическом образовании угрозу своим сырьевым (нефтяным) и стратегическим интересам в регионе. особое беспокойство вызывали идеи мирной «культурной революциии» и выбора третьего пути, выраженного в независимости от держав Запада и выборе ислама, как движущей силы развития государства.

Тревожным звонком для европейских держав, и особенно США стали события 1979 г. в Королевстве Саудовская Аравия, являющимся для американской бизнес и политической элиты важнейшим коммерческим и военно-стратегическим партнером. В Саудовской Аравии, где действовало множество шиитских группировок, праздник Ашуры в декабре 1979 г. привел к массовым протестам и демонстрациям. Они прошли под лозунгами о прекращении поставок нефти в США и поддержке исламской революции в Иране с целью прекратить дискриминацию в отношении шиитов. Эта демонстрация для правительства Саудовской Аравии явилась невероятным потрясением, поскольку это первое выступление противников режима с момента основания королевства. Власти предприняли суровые меры, была проведена крупная чистка в военном и государственном аппаратах и органах государственной безопасности. В 1980 году в Саудовской Аравии прошли

около 60 таких демонстраций под лозунгами социально-экономических и политических реформ. подтверждения тому, что в них напрямую был замешан Иран нет, однако, вполне очевидными является факт наличия в аравийском обществе проиранских настроений. Подобные демонстрации прошли в Бахрейне и Кувейте. опасаясь за свою безопасность, Королевство Саудовская Аравия подписало двухсторонние соглашения с Бахрейном, ОАЭ, Катаром и Оманом.

В общественных кругах стран Залива проблема экспорта исламской революции породила ряд дискуссий. В частности, обсуждались вопросы расширения сотрудничества ССАГПЗ со странами Запада для борьбы с пропагандой иранского духовенства по распространению революции.

особенности внешней политики Ирана требуют чёткого разделения и, чтоб их понять требуется первоначально их разделить на этапы:

Этап, когда руководство принадлежит имаму Р. Хомейни (01.04.1979 — 04.06.1989). Эту политику можно окрестить, как выстраивание «исламского интернационализма». При нём была определена законодательная база внешнеполитической деятельности, но при этом наступил кризис на международной арене. В период войны с Ираком и захватом заложников в посольстве США(04.11.1979 — 20.01.1981) Иран оказался в международной изоляции. Этому во многом способствовали силовые методы на экспорт исламской революции.

Этап, который проходил под руководством Хаменеи (04.06.1989 — 2013 г.). Для этого периода характерен прагматизм Хашеми-Рафсанджи; «диалог цивилизаций» Хатами и «созидательное взаимодействие» Ахмадинежада.

Президентство Х. Роухани ознаменовано гибкой политикой между Востоком и Западом, которая поддерживает интересы государства. Главной целью данной политики является отмена санкций, разрешение ядерного

после прихода к власти шиитского духовенства во главе с аятоллой Хомейни, ставшего во главе внешнеполитического курса, на 10 лет был провозглашён жесткий курс противоборства мировому империализму. Был провозглашён лозунг «ни Восток, ни Запад, только Исламская республика». Однако очевидным является тот факт, что Иран не мог противостоять всему миру в одиночку, поэтому им потребовались инструменты по поиску сторонников идеологии.

Эти годы стали отражением всех сложностей и тупиков, которые пришлось преодолевать тегеранскому правительству. Страна формировалась в неспокойное время под влиянием войны с Ираком, напряженными были и отношения с Западом и полный разрыв в отношениях с США. Провозглашенная Политика завела Иран в глубочайший кризис в международных отношениях, последствия которого страна ощущает до сих пор.

Учение Хомейни перед исламской революцией ставило 2 глобальные задачи. Во-первых, закрепление исламских ценностей внутри самого Ирана. Во-вторых, экспорт этих ценностей всем угнетенным и обездоленным странам мира. При этом могли меняться формы, с помощью которых проводилась Политика, но цель всегда оставалась прежней.

важнейшими во внешнеполитическом курсе признавались следующие задачи:

)Распространение влияния исламской революции на страны мира. 2)Идеологическая борьба с США под лозунгом «Смерть Америке»

)Борьба против израильского правящего режима совместно с народами других стран (Ливия, Сирия и Палестина)

)сплочение мусульман перед общим врагом — сверхдержавами (США и СССР)

Свержение шахского режима в Иране, по мнению Хомейни, должно было стать моделью для остальных угнетённых сверхдержавами стран. Иран был готов оказывать поддержку всем мусульманам в их борьбе. кроме того была сделана ставка на народность революции, поскольку правительства большинства стран погрязли в коррупции и страсти к наживе, что совсем отошли от принципов ислама, и поэтому только народ может подняться и установить «истинное исламское правление».37 Кроме того иранское руководство сближаясь с истинно мусульманскими странами делало ставку на то, что они не должны сотрудничать со сверхдержавами по каким либо вопросам. В противном случае это грозило разрывом всех отношений, что отразилось в частности разрывом в отношениях с Египтом и режимом А. Садата, а также короля Иордании Хусейна. кроме того контакты были

ограничены с Саудовской Аравией. традиционно ирано-саудовские отношения носят характер борьбы за Лидерство в регионе Залива и первенства в мусульманском мире. Борьба эта основывалась скорее на шиито-суннитских противоречиях, целью которой было встать во главе противоборствующей силы.

важным разногласием в дискуссиях между Саудовской Аравией и Ираном было стремление аятоллы Хомейни сделать хадж не только религиозным, но и политическим событием, важным для экспорта исламской революции. В 1983 г. Мохаммед Хатами — министр культуры и исламской ориентации Ирана заявил, что Мекка и Медина священны для всех мусульман, а хадж — лучшее событие для политических обсуждений. Во время хаджа 1987 г. произошла трагедия, в результате которой были убиты

402 человека, а сотни получили ранения. Она оставила тяжелый след на отношениях двух государств, которые имеют свои точки зрения на

случившееся. В одном они схожи, называя это провокацией со стороны своего противника.

По версии Саудовской Аравии Хомейни организовал демонстрации в Мекке и Медине с целью захвата великой мечети и объявления его единственным правителем Ислама. Иранские паломники прятали под одеждой палки и ножи и в начавшейся панике и давке вступили в схватку с полицией. В результате погибло 275 иранцев и 649 получили ранения.

По иранской версии маршрут демонстрации был полностью спланированным, но саудовская полиция и гражданские лица начали нападать на демонстрантов, закидывая их камнями и бутылками. после чего были применены дубинки, слезоточивый газ и даже была открыта стрельба.

В марте 1988 г. совместными усилиями Саудовской Аравии и ОИК была определена новая квота на хадж — 1 паломник на тысячу человек населения. Это означало, что Иран может послать 55 тыс. своих паломников. Хомейни это правило пришлось не по душе и он продолжал говорить о том, что Иран может отправить 150 тыс. человек, которые будут проводить демонстрации против Израиля и Соединенных Штатов. В апреле того же года КСА разорвало все дипломатические отношения с Ираном, сохранив указанную квоту. ИРИ со своей стороны решила бойкотировать хадж.

впоследствии Королевство Саудовская Аравия и Исламская Республика Иран неоднократно пытались наладить отношения между государствами. В марте 1991 г. страны смогли договориться на 115 тыс. паломников из Ирана. Но наибольших успехов страны смогли добиться после победы на президентских выборах Мохаммада Хатами в 1997 г.

Со смертью аятоллы Хомейни начался новый этап внешней политики Ирана. Это было вызвано тем, что правительство осознало отсутствие перспектив политики основанной на отрицании любого инакомыслия. Курс на экспорт революции остался лишь в теории. Кроме того с распадом СССР

поменялся и курс на противостояние социалистическому лагерю, что способствовало улучшению отношений между Тегераном и Москвой.

ключевым принципом, который был заложен программой А.А. Хашеми-Рафсанджани, является отстаивание интересов Ирана и превращение его в лидирующую державу региона за счёт экономических и научно-технических достижений, а также посредством проникновения на рынки других государств. Внешнеполитический курс вывел ИРИ из международной изоляции, позволив наладить отношения со многими странами (исключениями оставались США и Израиль). кроме того Иран активно участвует в региональных организациях, чем повышает свой статус на международной арене.

Внешнеполитический курс С.М. Хатами был основан на двух принципах:

«диалог цивилизаций» — выход Исламской Республики Иран из международной изоляции и установление двустороннего диалога, «который построен на взаимоуважении, достоинстве, и прагматичности. кроме того он должен учитывать национальные интересы государства на международной арене, а также создавать условий для улучшения двусторонних и многосторонних связей».

«коалиция во имя мира» — ответная реакция на 11 сентября 2001 г., подразумевающая коллективную систему борьбы с терроризмом, а не односторонних действий конкретных государств (в первую очередь США).

Проводилась и антиамериканская Политика. По мнению Х. Роухани,

«политика экспансии США с возрастающей скоростью обостряет обстановку в мире, создавая напряженность, нестабильности, которые выливаются в военные конфликты». Проводимая США Политика борьбы с терроризмом является лишь предлогом для прикрытия американских планов по установлению господства над миром, в частности, в регионе Персидского Залива.

другой важной чертой внешней политики М.С. Хатами явилась прагматичность и нацеленность на будущее. несмотря на то, что страна раскололась на реформаторов и консерваторов генеральная линия была сохранена. кроме того эти два лагеря наиболее близки именно во внешней политике.

Одной из приоритетных задач Ирана во внешней политике периода правления президента М.С. Хатами, по мнению духовенства, являлась укрепление исламского строя. Это подразумевало как отстаивание прав соотечественников, так и обеспечение прав за пределами государства. В основе этой задачи лежит та мысль, что Иран — особая страна в мире мусульманских стран.

Важным оставался и тот факт, что Политика М.С. Хатами нередко сталкивалась с сопротивлением со стороны духовного лидера С.А. Хаменеи — приверженца курса аятоллы Хомейни. Хоть он и не отрицал необходимость выхода из международной изоляции, однако не позволял это делать путями, отходящими от принципов ислама, в котором, по его мнению, «вся иранская самобытность и национальная сущность».

С приходом к власти неоконсерватора М. Ахмадинежада внешний политический курс был скорректирован. Во-первых, ставка была сделана на справедливое сотрудничество в международных отношениях, прежде всего с США. Принцип справедливости сменяет старый принцип «диалога цивилизаций и культур» и это имеет здравое смысл. М. Ахмадинежад строит политику, исходя из национальных интересов на равной основе, налаживая отношения с теми государствами, которые далеки от агрессии во внешней политике. Налаживание отношений Иран начинает в регионе, причем с целью консолидации против Израиля и США. кроме того М. Ахмадинежад

не исключил возвращение некоторых хомейнистских идей, в частности

«экспорта революции».

Налаживание отношений не стало пустым звуком, что подтверждается визитами в Иран И. Джафари — премьер-министра Ирака; Б. Асада — президента Сирии; Х. Насруллы — лидера ливанской Хизбаллы. Кроме того иранская дипломатия нацелена на контакты с Россией, Индией и КНР. важной задачей остаётся и интеграция ИРИ в мировую экономику и политику. важно понимать, что система, сложившаяся в Иране после революции очень гибкая, а потому Иран будет выступать как конструктивный переговорщик, если к нему будут относиться, как к равному.

.2 Иран и страны Персидского залива

Иранская революция с восторгом была воспринята в Кувейте шиитской частью населения. На официальном уровне она была воспринята холодно, поскольку носила антимонархический характер. Со стороны Ирана отношение было не лучше, поскольку действовала личная антипатия Хомейни к эмиру Джаберу III, который отказался пустить в 1978 году опального аятоллу в страну.

В Кувейте действовали личные представители Хомейни, которые занимались популяризацией его идей и продвижения экспорта исламской революции. Кувейт, как и Саудовская Аравия, вынужден был предпринимать меры: с одной стороны улучшение положения шиитов, а с другой пресечение антиправительственных выступлений проиранских деятелей. Подобные действия в иранских СМИ вызвали бурю протеста и обвинений в сторону кувейтских лидеров в гонениях на прогрессивных шиитских деятелей.

сильно ухудшились отношения двух стран после начала ирано- иракской войны. Несмотря на то, что Кувейт объявил о своем нейтралитете, он стал поддерживать Ирак, оказывая ему как материальную, так и военную помощь. На это Тегеран заявил, что никогда не простит Кувейт за помощь

Саддаму Хусейну, и если Иран победит, то пострадает не только Ирак, но и его союзники. В то же время, если Кувейт будет вести себя согласно исламским предписаниям, иранский народ будет относиться к ним как к братьям.

В Кувейте вообще довольно сдержанно был принят курс на тотальную исламизацию всех сфер жизни иранского народа, разумно опасаясь, что под этим предлогом Иран планирует упрочить своё Лидерство среди мусульманских стран. Это способствовало сближению Кувейта и Саудовской Аравии, особенно по вопросам безопасности, поскольку в стране началась подрывная деятельность, которая направлялась из Тегерана.

В декабре 1983 года в Эль-Кувейте прогремели взрывы в посольствах США и Франции, ответственность за которые взяла на себя шиитская экстремистская организация «Дава». В декабре 1984 года иранские террористы угнали самолёт, требуя обмена схваченных ранее террористов на заложников. впоследствии заложники были освобождены иранской стороной, но сами террористы выданы не были. В мае 1985 года было совершено покушение на эмира Кувейта Джабера III, ответственность за которое взяла на себя организация «Аль-Джихад аль-Ислами».

Все эти события серьёзно ухудшили положение шиитской общины в Кувейте. конечно, не все поддерживали Хомейни и тем более террористов, но руководство Кувейта было непреклонно. Произошли массовые увольнения шиитов с руководящих постов, из армии, полиции и нефтяной промышленности.

С началом ирано-иракской войны, в которой Кувейт встал на сторону Ирака, произошло обострение ирано-кувейтских отношений. В 1980 г. иранский президент Банисадр приказал бомбардировать территории близ города Сафат, расположенного на границе Ирака и Кувейта. Тем самым ИРИ намекала на то, чтобы Кувейт прекратил осуществлять поставки Багдаду. Но этого не произошло, и кувейтское правительство продолжало помогать Ираку. Для этого добывалось 300 тыс. баррелей нефти в день, что из расчета

курса 1 баррель равен 20 долларам в 1980 г. означало, что в год только от Кувейта Ирак получал 2-2.5 млн. долларов.42 Кроме того Ирак получил от Кувейта возможность использования портов в Персидском заливе, транзита грузов через территорию Кувейта. Также Багдад зафрахтовал кувейтские суда для перевозки различных грузов, в том числе и оружия.

На эти действия Исламская Республика Иран предприняла ряд контрмер: во-первых, все суда, направляющиеся в кувейтские порты, стали тщательно досматриваться с целью обнаружения военных грузов для Ирака; во-вторых, разгорелась «танкерная война», в ходе которой Иран нападал на танкеры перевозившие нефть и другие суда, якобы для продажи и финансирования иракской стороны. Ирак открыл ответный огонь и нападал на суда с иранской нефтью. Таким образом, в 1986 году произошло 105 нападений на морские суда, из которых 80 танкеры. широкое использование со стороны Ирана получило минирование морских путей, по которым предположительно следовали морские суда. Также Иран выдвинул угрозу о блокировке Ормузского пролива, если какая либо из сторон будет препятствовать экспорту иранской нефти.

В том же 1986 году иранские силы одержали ряд побед и захватили несколько иракских населённых пунктов, вблизи границы с Кувейтом. опасаясь дальнейшего усиления ИРИ, страны Персидского залива усилили материальную помощь Багдаду, и начали укрепление собственных вооруженных сил. Иран в ответ на это усилил обстрел кувейтских морских судов, потопив за полгода порядка 90 кораблей, по большей части танкеров.

Кувейт предпринял ответные меры по усилению боеспособности своей армии. Были закуплены ракеты класса «земля-воздух» призванные уничтожать иранские ракеты в случае повторного обстрела, а также электронные щиты, которые способны отводить ракеты от целей.

Успехи Ирака в войне были с большой радостью встречены правительством Кувейта, однако со временем враждебность к Ирану заменялась реализмом. Из СМИ исчезали резко критические статьи в отношении ИРИ, а когда в июне 1988 г. был сбит иранский пассажирский самолёт «Боинг-747» с 300 пассажирами на борту, то Кувейт выразил официальные соболезнования. Эти события, а также близость позиций государств по ряду вопросов смогли сгладить острые углы отношений предыдущих лет.

В сентябре 1988 в Нью-Йорке встретились министры иностранных дел двух государств, в ходе состоявшейся беседы стороны заявили о желании восстановить доверительные и добрососедские отношения. Были восстановлены работы посольств, а также возобновлены прежние экономические связи. кроме того Кувейт позволил Ирану пользоваться своими портами до тех пор, пока те не восстановят свои. таким образом, Ирану было гораздо легче получить морским путем товары, которые должны были способствовать восстановлению экономических объектов страны.

Когда в 1990 году, когда Ирак захватил Кувейт, министерство иностранных дел ИРИ потребовало немедленного вывода войск из страны и мирного решения конфликта двух государств. Иранские СМИ печатали множество статей о произволе со стороны иракских властей и нарушениях международного права. После освобождения Кувейта в 1991 году страны сильно сблизились, но Иран серьёзно осуждал отношения Кувейта с США и заключение военного соглашения с предоставлением военных баз для американских войск. По мнению Ирана, безопасность в регионе должна быть обеспечена только лишь странами региона, без стороннего вмешательства.

В ОАЭ иранская исламская революция была встречена с тревогой, поскольку местные эмиры боялись потерять власть. Многие из них кроме того близко поддерживали контакты со свергнутым шахом. страх вынудил ОАЭ пойти на сближение с Саудовской Аравией, отношения с которой у ОАЭ были сложные из-за территориальных претензий обоих государств, а

также стремления Королевства Саудовская Аравия взять на себя роль лидера в регионе Залива. В связи с этим ОАЭ были вынуждены восстановить отношения с Ираном после революции с целью использовать их как противовес экономическому, политическому и военному давлению со стороны КСА.

Сложности в отношениях ОАЭ и ИРИ были из-за принадлежности трех островов: Абу-Муса, Большой и Малый Томб, которые Иран захватил еще в 1971 г. Также беспокойство вызывала Политика Ирана на экспорт исламской революции. В ОАЭ проживало порядка 300 тыс. шиитов, что составляло около 20% населения. В Дубае процент шиитского населения доходил до 40%. несмотря на то, что Иран провозгласил курс на невмешательство в дела соседних государств, на деле руководство Исламской Республики Иран делало всё, чтобы закрепить свои позиции в регионе. Дестабилизирующая деятельность Ирана привела к необходимости для ОАЭ сближения с Саудовской Аравией и вступлению в ССАГПЗ.

волнительным событием стало начало ирано-иракской войны, поскольку Эмираты боялись за то, что военные действия затронут и их территории. Кроме того боевые действия затрудняли торговлю, добычу нефти и жемчуга, а также ловлю рыбы. именно поэтому, когда в 1982 г. Ирак вывел свои войска с территории Ирана и предложил переговоры, арабские страны залива и ОАЭ в их числе, готовы были выплатить несколько миллиардов долларов, чтобы прекратить войну. Тегеран это предложение отверг.

Несмотря на то, что ОАЭ в ирано-иракском конфликте встали на сторону Ирака, страны не разорвали отношений. первые лица государств часто посещали столицы с дипломатическими визитами. ОАЭ были неким

«каналом связи» с ИРИ для ССАГПЗ, особенно важным после разрыва отношений с Саудовской Аравией и Кувейтом. кроме того Дубай имеет стратегически важную роль в Персидском заливе, поскольку через его порт в государства Залива развозятся товары из разных стран мира. Значение Дубая

во время ирано-иракского конфликта ещё сильнее возросло, поскольку через него Иран получал оружие из США и Европы, а сам направлял часть нефти на экспорт.

Руководство ОАЭ позитивно встретило решение Ирана о принятии резолюции № 598 СБ ООН и проведении мирных переговоров с Ираком. Это давало надежду, что с окончанием войны возрастет торгово-экономическое сотрудничество ОАЭ и Ирана. Тем более что Ирану необходимо было восстанавливать в стране разрушенный промышленный сектор, в первую очередь нефтяной.

В начале 90-х отношения между Ираном и ОАЭ серьезно ухудшились, поскольку руководство ИРИ ужесточило свою политику в отношении трех спорных островов. Оттуда были изгнаны арабские власти, которые управляли островами совместно с иранцами, а иранцы стали править там самостоятельно. Эти действия повергли в шок ОАЭ и другие страны Залива. Эмираты обратились в гаагский Суд с жалобой на агрессию Исламской Республики Иран. кроме того эта агрессия стала предметом обсуждения в рамках ССАГПЗ, где было вынесено решение о немедленном изменении курса Ирана и возврата островов их владельцам. Иран был непреклонен, а отношения с ОАЭ и другими странами Залива резко осложнились. Безопасность в регионе вновь оказалось под угрозой.

Но ситуация немного изменилась, когда в 1997 г. к власти пришел президент М. Хатами. В декабре 1997 г. он дал поручение министру иностранных дел К. Харрази объехать страны Залива с целью улаживания отношений. В частности министр посетил и ОАЭ по вопросам спорных островов. В итоге переговоров страны согласились вернуть статус, существовавший до 1990-х годов, а именно к совместному управлению. Эти

действия Ирана смогли нормализовать отношения ИРИ с ОАЭ и другими государствами Залива, что вернуло стабильность и спокойствие в регион.

В Омане исламская революция в Иране была встречена с негативом, поскольку имела антимонархический характер, а также с престола был свергнут близкий друг и союзник оманского султана, который помогал ему сохранять стабильность в Дофаре, где велось освободительное движение. После революции Исламская Республика Иран вывела свои войска, отказавшись быть «жандармом», что ухудшило отношения Омана и Ирана и наоборот сблизило Оман с Саудовской Аравией.

Ещё сильнее отношения ухудшились в связи с политикой Ирана на экспорт революции. Дело в том, что половина проживающего на территории Омана населения исповедует шиизм, о чем прекрасно известно в Иране. Тегеран начал активно провоцировать оманских шиитов на антиправительственные выступления и склонял к установлению власти проиранских шиитских деятелей. Оману была необходим защита, поэтому он вступил в ССАГПЗ, где настаивал на создании системы коллективной безопасности. Развивались и оманско-американские военные отношения.

После этого Иран немного ослабил давление на Оман, стремясь подчеркнуть, что экспорт революции лишь убеждения исламского толка. А не грубое принуждение. Эта позиция устроила султанат Оман и отношения немного потеплели, тем более что у государств было много общего.

Как и другие страны Залива, султанат Оман позитивно встретил принятие Ираном резолюции СБ ООН и предложил сотрудничество с целью восстановления иранской экономики прежде всего её нефтяного сектора. В результате было заключено соглашение о строительстве нефтепровода от острова Харк до Бендер-Аббаса и до Джаска, где был запланирован крупный нефтяной терминал, способный вместить до 1 млрд. баррелей нефти, а также строительство средств для погрузки нефти на экспорт.

В начале 90-х султанат Оман стал местом встреч представителей Исламской Республики Иран и королевства Саудовская Аравия, которые

привели к восстановлению отношений двух государств в 1991 году. Кроме того в 1998 году министры обороны ИРИ и руководитель военного ведомства Омана заключили договор о военном сотрудничестве. По этому договору военные эксперты от обоих государств будут принимать участие в военных манёврах обеих армий. По мнению Омана, это должно было стать примером для других стран региона. В том же году страны провели совместные учения под кодовым именем «Каэм-77».

В Бахрейне иранская революция была воспринята неоднозначно. Руководство страны отнеслось к ней сдержано, однако население, 70% которого составляли шииты, с восторгом восприняли её, как надежду на улучшение экономического, политического и правового положения шиитской общины.

Аятолла Хомейни в Бахрейн направил своего личного представителя, который сумел осенью 1979 года спровоцировать антиправительственные выступления, с целью установления законного шиитского правления. Бахрейн был вынужден обратиться за помощью к Саудовской Аравии, которая немедленно ввела свои войска в Бахрейн. В 1981 г. Иран вновь организовал попытку переворота, однако она также успехом не увенчалось. Эти события подтолкнули Бахрейн к развитию отношений с КСА и Америкой.

В ирано-иракской войне Бахрейн поддерживал Ирак и радушно приветствовал решение Ирана о принятии резолюции № 598. Это решение было названо проявлением «реализма и мудрости», а также выражена надежда на конец «прежних недоразумений» и новый виток в отношениях двух стран. Но в начале 90-х в отношениях двух государств наметился разлад. В Манаме вспыхнули волнения, организатором которых вновь сочли Иран. Все страны Залива выступили на стороне Бахрейна, однако безопасность в Заливе вновь оказалась под угрозой.

Лишь в 1997 году в результате поездки министра иностранных дел ИРИ К. Харрази отношения двух стран удалось стабилизировать. Государства обменялись своими послами, а Иран пообещал отказаться от от сотрудничества с «Хезболлах-Бахрейн» и поддержки других шиитских оппозиционных организаций.45

Таким образом, важным аспектом внешней политики Исламской Республики Иран в 90-е годы являлся отход на второй план курса на экспорт революции. В начале 90-х годов происходит трансформация внешней политики ИРИ. Иран отходит от «экспорта революции» и переходит к исламской пропаганде. Внешняя политика ИРИ направлена на поддержание дружественных отношений с соседними странами. важнейшим остаётся борьба Ирана за главенствующую роль в регионе Персидского залива, за которую он борется на протяжении всей своей истории. Дружественные отношения с монархиями Залива жизненно необходимы для Исламской Республики Иран, поскольку это важно для обеспечения безопасности, как самого Ирана, так и региона в целом.

Но поскольку Иран активно стремится усилить свои позиции в Заливе, его действия встречают недоверие со стороны арабских монархий, поскольку они не могут соперничать в военной мощи с Исламской Республикой Иран. кроме того они вынуждены прибегать к вмешательству западных государств, в частности США, которые сохраняют военное присутствие в регионе, а ИРИ борется за их вывод из Залива, считая что только страны Персидского залива должны обеспечивать свою безопасность.

На отношения между двумя странами постоянно действует ряд факторов, которые объективно препятствуют сближению двух сторон.

Отношения Саудовской Аравии и Ирана для региона имеют принципиальное значение. Несмотря на их постоянную борьбу за Лидерство в регионе, они не были враждебными до победы в 1979 г. исламской революции и курса Хомейни на Лидерство ИРИ во всём мусульманском мире. Саудовская Аравия традиционно считала себя «центром мусульманской силы» хотя бы по праву нахождения на её территория святых мест Мекки и Медины.

Во-первых, и Иран и КСА являются крупнейшими производителями углеводородного сырья. Нефтяной фактор для Исламской Республики Иран является ключевым, поскольку экспорт нефти является ключевой статьёй бюджета Ирана, поэтому её значение хорошо осознают иранские лидеры. Ещё в 80-е годы Хомейни предлагал прекратить добычу нефти, чтобы оказать давление на империалистические страны, однако поддержки не получил. Прежде всего, причиной тому стало противодействие со стороны КСА, которое придерживалось прозападной ориентации. Иран подобные действия осуждал и предупреждал Саудовскую Аравию о том, что нефтяные богатства достанутся неверным. В случае же, если КСА прогонит американских империалистов, Иран предоставит всю свою военную силу для защиты ситуации в регионе.

К концу 80-х отношение к нефти изменилось. Она должна была помочь восстановить экономику, а не решить политические задачи. К концу ирано- иракской войны в казне государства осталось всего лишь 5 млрд. долларов, что обрекло бы её на неминуемый крах в случае продолжения войны. Теперь же ИРИ заявила, что доходы от нефти должны стать залогом независимости иранского экономического развития.

В начале 90-х годов руководство Ирана вновь взяло на вооружение идею аятоллы Хомейни об использовании нефти как политического оружия против Израиля и США. Свою долю дохода Иран уже сумел получить во время «Бури в пустыне», когда Ирак был вынужден уйти из числа активных стран-экспортёров нефти, однако после войны США выступили за пересмотр системы безопасности в регионе Персидского залива. Негативным фактором

стало исключение из этой системы Ирана и Ирака, негативно встреченное как в этих странах, так и в других государствах мира.46

США ввели эмбарго на иранскую нефть, что сильно ударило по экономике Исламской Республики Иран и народу в целом. именно эта ситуация натолкнула иранских лидеров на идею экспортировать не только нефть, но и её производные. В 1997 году президентом ИРИ стал М. Хатами, который был намерен решить проблемы экономики страны и стабилизировать её финансовое положение, что возможно лишь путём нормализации отношений с США.

Во-вторых, Иран и Саудовская Аравия являются лидерами двух ветвей ислама. После победы революции, Иран особо стремился распространить идеи «исламской революции» на территории Королевства Саудовская Аравия. После свержения шахского режима Иран начал активную идеологическую кампанию против Саудовской Аравии. Королевство обвинялось в отходе от исламских традиций, потому что правителем являлся светский, а не духовный лидер; правители погрязли в коррупции. Подобные заявления действительно имели результат и привели к активизации оппозиционных группировок, которые даже захватили Главную мечеть в Мекке. Волнения начались и среди шиитов Восточной провинции, видевших в Иране истинного союзника.

В своей деятельности Иран использовал ежегодных хадж паломников в Саудовскую Аравию, которые занимались пропагандой идей Хомейни, распространением его портретов и пропагандистской литературы. Из года в год число паломников увеличивалось, и КСА вынуждено было принимать контрмеры. В 1982 году паломников были готовы впустить только если они не будут вести пропаганду, однако эти запреты обычно игнорировались.

Решительно действовали таможенники, которые отбирали у приезжающих иранцев запрещенную литературу, что вызывало всплеск

недовольства с иранской стороны. Но в 1987 году вновь Мекка была наводнена паломниками из Ирана, которые составили порядка 150 тыс. человек. Им удалось организовать там беспорядки, которое правительство решительно подавило, применив оружие. В результате погибло около 400 человек (из них 275 иранцев) и ранено 649 человек (303 иранца)47.

Этот ужас произошёл в святом месте для всех мусульман, где убийство во время хаджа просто недопустимо ни в каком виде. сделано это было неслучайно, поскольку после событий иранские СМИ обвинили Саудовскую Аравию в неспособности сохранить безопасность во время хаджа и необходимости смещения саудовских лидеров, называя их колониальными лакеями. Кроме того Иран пообещал отомстить за многочисленные смерти. Несмотря на заявления Ирана как пострадавшей стороны, большинство мусульманских стран осудило ИРИ и обвинило в попытке подрыва лидерства КСА в мусульманском мире. именно попытка сместить Саудовскую Аравию с позиции лидера стала причиной разрыва дипломатических отношений между двумя государствами.

Для сохранения безопасности в регионе залива необходимо было сохранение дружеских отношений ИРИ и КСА, сильно обострившихся после трагедии 1987 года. Нейтралитет Ирана в кувейстко-иракском конфликте мог стать фактором сближения двух государств, однако этого не случилось из-за территориального спора Ирана и ОАЭ по поводу трех островов — Абу Мусы и Большого и Малого Томба. Эти острова в течение 20 лет находились под общим управлением государств, однако Иран весной 1992 года потребовал, чтобы лица, приезжающие на острова и не имеющие Гражданство ОАЭ получали визы в Иране. Это привело к тому, что на остров не смогли попасть иностранцы, работавшие с ОАЭ по контрактам. Иран заявил, что острова всегда принадлежали Ирану и таковыми останутся. Действия Исламской

Республики Иран встретили осуждение ряда организаций: ССАГПЗ, Лига арабских государств.

Улучшились отношения Ирана и Саудовской Аравии только в 1997 г., чему способствовали визиты принца Абдаллы в Тегеран и Хашеми- Рафсанджани в Эр-Рияд. кроме того в декабре 1998 года столицу Саудовской Аравии посетил министр иностранных дел Ирана Харрази. Министры двух стран обсудили ряд важных региональных проблем. схожими были позиции по Ираку, которому надлежало выполнить резолюцию ООН, и необходимость сотрудничества КСА и ИРИ в целях контроля над ситуацией в регионе.

В-третьих, военно-политическое противостояние в борьбе за влияние на страны Залива. заметную роль во внешней политике Исламской Республики Иран в 90-е годы играет военно-стратегический фактор. Иран взял курс на лидерство в Персидском заливе, а также стремился войти в 10 ведущих стран мира. Однако это было сделать во многом невозможно, потому Иран избрал другой путь — создание атомной бомбы с целью вхождения в состав ядерных государств, с которыми вынуждены считаться все страны мира.

однако ИРИ действовала и в мирном русле, особенно в период президентства М. Хатами. Были приняты меры по устранению противоречий со странами ССАГПЗ и другими странами на Ближнем востоке.

Однако по прежнему обе страны имели разногласия по поводу: нефтяных проблем (ценообразования, квот по добыче нефти, использования прибыли), палестинского вопроса, борьбы за лидерство в регионе Залива. однако, несмотря на это Королевство Саудовская Аравия и Исламская Республика Иран сходились по ряду положений. Во-первых, обе страны теократического характера, во-вторых, непримиримое отношение к

социализму и коммунизму. В-третьих, борьба с политикой сионизма, проводимой Израилем.

таким образом, внешняя политика исламского государства, направленная на экспорт исламской революции на страны Персидского залива захлебнулась по причине сопротивления государств, большинство населения которых сунниты, считающие Иран оплотом еретиков- немусульман. Но тем не менее, Иран сделал серьёзные шаги по улучшению отношений со странами Персидского залива, начал «цивилизационный» диалог с Америкой и в целом стал проводить более прагматическую политику, которая по мнению автора, способствует в перспективе упрочению безопасности, как в регионе Залива, так и во всём мире.

Монархии Залива не скрывали опасений по поводу экспансионистской политики Ирана. поэтому в начавшейся ирано-иракской войне большинство стран Персидского залива встало на сторону Ирака. Обострились и отношения Ирана и Саудовской Аравии, поскольку оба государства претендовали на лидерство в мусульманском мире.

В конце 90-х в Иране пришел к власти президент М. Хатами, инициатива которого позволила наладить отношения со странами региона Персидского залива. Но при этом Иран практически отказался от курса на экспорт исламской революции, заменив его курсом на экспорт исламской культурной революции, что было с одобрением воспринято в мусульманском мире.

Глава II. внешняя политика Королевства Саудовская Аравия 1980-2000 гг.

.1особенности внешней политики Королевства Саудовская Аравия

Начало 80-х годов для королевства Саудовская Аравия характерно активностью региональной политики. Во-первых, с 1979 г., когда на территорию Афганистана были введены войска СССР, КСА предполагало, что оккупация ведётся против ислама, а, следовательно, должно предпринять все возможные меры, чтобы избавить Афганистан от военного присутствия советских войск. Под этим подразумевается обширная финансовая поддержка. Одно саудовское печатное издание опубликовало статью, в которой говорилось, что если Саудовская Аравия является для исламских государств влиятельным центром с трепещущим сердцем и мыслящим разумом, то правительство КСА обязано объявить о поддержке афганских моджахедов и защищать права афганского населения. И это принесло свои успехи, поскольку СССР вынужден был отступить, несмотря на то, что в его распоряжении было значительное количество единиц оружия и техники.

Особенность внешней политики Саудовской Аравии начала 80-х годов было сочетание морали и реализма. Это обозначало её соответствие с мусульманскими законами и обычаями. поскольку Саудовская Аравия взаимодействовала с множеством государств, не ограничиваясь лишь региональными отношениями, ей надлежало четко исполнять правила, по которым ведётся международная игра. Политика КСА направлена в первую очередь на взаимодействие с государствами мира. При этом дружественным государством является то, чьи намерения вызывают доверие, а враждебным то, которое каким-либо образом угрожает политике Саудовской Аравии или его безопасности или территориальной целостности.

В эпоху биполярного мира Саудовская Аравия придерживалась политики позитивного нейтралитета, объективно оценивая свои силы и возможности. Королевство не хотело быть сателлитом одной из сверхдержав, поэтому противодействовало вовлечению арабских и мусульманских государств в противоборство двух блоков: США и СССР. По мнению саудовского дипломата Н.У. Мадани, вся внешняя Политика основана на противостоянии сверхдержавам и о независимости от них всех арабо- мусульманских стран.

По мнению Н.У. Мадани, ошибочно полагать, что во внешней политике нет места экономике. Поскольку должно стремиться к этому и в мировой экономической политике. Для этого необходимым признавалось создание более справедливых условий партнёрства, особенно для развивающихся стран.

Кроме того, немаловажными являются и морально-этические нормы. Саудовская Аравия проводит политику открытую, далекую от двуличности, пустых обещаний и тайных соглашений. поэтому КСА стремится к миру во всём мире, а также категорически неприемлемым считает распространение вооружения. Сила, по мнению Н.У. Мадани, абсолютно неприемлема в качестве инструмента решения внешнеполитических задач.

Данный тезис не вполне объективно отражает реальную внешнюю политику королевства Саудовская Аравия. Провозгласив себя защитницей правоверных, королевство вынуждено вмешиваться во все региональные конфликты и брать на себя роль миротворца. Так, Саудовская Аравия активно участвовало в урегулировании внутриливанского конфликта, закончившегося подписанием в октябре 1989 г. соглашения в Таифе. кроме того поддержка оказывалась туркам-киприотам и филиппинским мусульманам. Не последнюю роль Саудовская Аравия сыграла и в эфиопо- эритрейском конфликте. Конечной целью всех этих действий было создание

для КСА образа защитника всех мусульман. В 90-е годы Саудовская Аравия также поддерживала мусульман из Боснии и Косово.

особенно возросла роль Саудовской Аравии в 90-е гг., в связи с обострением международной ситуации на Ближнем Востоке. В 1992 году в свет вышла статья Х. аль-Манкури — «королевство Саудовская Аравия и новый мировой порядок с точки зрения геополитики». автор статьи писал, что кризис в Заливе 1990-91 гг. стал фактором для создания совершенно новой системы международных отношений. С одной стороны система должны взять курс на решение уже сложившихся проблем, а с другой тех кризисов, которые станут конфликтами в ближайшем будущем. Новая система была с успехом встречена КСА, поскольку она давала шанс на отход от соперничества сверхдержав и переход к равному сотрудничеству, в том числе и для стран третьего мира.

Особенность геополитического положения Саудовской Аравии, по мнению автора, заключается в её центральном и связующем местоположении. традиционно именно Саудовская Аравия является звеном между Старым и Новым светом. Но королевство отнюдь не является исключительно региональной державой, поскольку на своей территории хранит массу полезных ископаемых, важных для многих стран мира, а, следовательно, безопасность и стабильность королевства являются важными компонентами становления нового мирового порядка.

И действительно, после кувейтского кризиса, переросшего затем в военное противостояние, названное «Войной в заливе», Саудовская Аравия начала проводить активные действия, чтобы все территориальные конфликты были решены путем мирных переговоров. Король Фахд в декабре 1995 года обратился к партнёрам с заявлением о единственно верном пути разрешения территориальных притязаний между странами ССАГПЗ и другими государствами — поиск компромиссов.

новая концепция воплотилась в урегулировании отношений с Катаром, обострившихся в 1992 году в связи с перестрелкой в Абу Аль-Хфусе, на

который претендовали обе стороны. Этот спор имел корни ещё с 1913 года, когда была заключена англо-турецкая конвенция о размежевании. затем в 1965 году был заключен двусторонний договор о признании границ, но район Абу Аль-Хфус оставался спорным. В 1974 году страны договорились о демаркации границ, но она не была закончена.

чтобы решить эту проблему Катар предпринял ряд активных действий, с целью оказать давление на партнёров по ССАГПЗ. Были проведены такие меры: выход из «Щита полуострова» воинских формирований, отказ от участия в фестивале молодежи под эгидой ССАГПЗ, затем бойкот Министерского совета. Король Фахд на встрече с министром иностранных дел Катара заявил, что готов пойти на переговоры с целью решить проблемы и укрепить единство ССАГПЗ.

Несмотря на это Катар грозился бойкотировать совещание на уровне глав государств, которое было намечено на 21 декабря 1992 года. Проблема, однако, была решена при помощи египетского президента Х. Мубарака, который встретился с представителями обеих стран в Джидде. По итогам совещания страны пришли к соглашению, которое немного расширило территорию Катара по сравнению с соглашением 1965 года.

В конце 1994 — начале 1995 гг. обострилась обстановка вокруг саудовско-йеменской границы, что чуть не вылилось в вооруженный конфликт, но ситуацию опять удалось урегулировать при посредничестве Египта и Сирии. Уже в сентябре 1995 года был подписан договор о торговом, экономическом и техническом сотрудничестве.

чтобы не противоречить заявленным принципам, Саудовская Аравия пошла на нормализацию отношений с ИРИ. именно в этот период были восстановлены отношения королевства Саудовская Аравия и Исламской Республики Иран, прерванные из за инцидента 1987 года, когда во время хаджа произошли столкновения иранских паломников и саудовских сил безопасности, повлекшие за собой многочисленные смерти.

Одним из основных факторов, повлиявших на улучшение отношений между государствами — ситуация на рынке нефти. поскольку обе страны входят в ОПЕК они вынуждены координировать свои действия. Кроме того в начале 90-х сократили объем добычи Кувейт и Ирак, что привело к необходимости компенсировать добычей других стран — Саудовской Аравии и Ирана. На что Саудовская Аравия ответила, что способна залить весь Рынок своей нефтью, если получит соответствующее разрешение от ОПЕК. кроме того схожим является и тот факт, что Иран и Саудовская Аравия считают страны, расположенные в регионе ответственными за ситуацию в регионе. однако, несмотря на это КСА имеет ряд двусторонних соглашений (США, Великобритания, Франция), которые гарантируют ответственность за

ситуацию в регионе.

Иран, напротив, выступает резко против военного присутствия внешних сил в Персидском заливе, беря на себя ответственность за региональную безопасность. Но члены ССАГПЗ выступают против этого, а кроме того, когда Иран приступил к модернизации своей военной силы, закупив подводные лодки у СССР, это привело к опасениям со стороны ССАГПЗ, и в первую очередь Саудовской Аравии, что это приведет к гонке вооружений в Персидском заливе. И для того, чтобы нейтрализовать создавшийся дисбаланс Саудовская Аравия также намерена закупить подводные лодки. Кроме того опасения вызывала и ядерная программа Ирана.

Несмотря на имеющиеся противоречия в апреле 2001 Саудовская Аравия и Иран подписали Пакт о безопасности, ставший очевидным стремлением к сглаживанию противоречий между государствами. В пакт вошли идеи о совместной борьбе с терроризмом и преступными группировками, а также принципы разграничения территорий и территориальных вод. При этом в договор не вошла идея Ирана о военном сотрудничестве. Это связано с боязнью КСА упустить свое влияние вмонархиях Залива и по существу создать условия для военной зависимости стран Залива от ИРИ, потенциал которой несопоставимо велик даже с их совместным потенциалом. поэтому для Королевства Саудовская Аравия важно, чтобы Иран стал не только экономическим партнёром, но и партнёром по урегулированию ситуации в Ираке.

.2Саудовская Аравия и страны Персидского залива

Королевство Саудовская Аравия заинтересовано в установлении дружественных отношений с сопредельными монархиями, поскольку регион Залива пользуется неподдельным интересом со стороны сверхдержав. По мнению правящего дома ас-Саудов, для обеспечения национального суверенитета государствам Залива необходимо обеспечить себе

«стратегический тыл». Кроме того, отношения между государствами должны быть непредвзятыми вне зависимости от трудностей в отношениях в прошлом или настоящем, поскольку деятельность организации имеет важнейшее значение для всех стран-участниц. Исходя из исторических связей и географического положения, а также схожести политической и экономической систем, Саудовская Аравия приступила к созданию политической площадки для корректировки совместных действий и решения

спорных вопросов. Новое образование должно было стать исключительным, не похожим на другие межгосударственные структуры.

Идея такого сотрудничества возникла ещё во времена короля Ибн Сауда, который подчеркивал необходимость дружеских отношений между КСА и соседями, отмечая не только географическую близость, но и схожие политические и экономические системы. Одним из приоритетных направлений стало отстаивание суверенных прав соседей. В частности это выразилось в отстаивании прав Кувейта на свои территории, которые попали в сферу интересов Ирака, что выразилось в заключении в 1942 г. договора о

сотрудничестве. Для Кувейта это стало спасением еще в 1961, 1973 и 1974 гг., когда поддержка КСА способствовала сохранению их территориальной целостности.

После ухода великобритании из региона Залива в 1971 г. были созданы все условия для оформления независимости соседних с королевством государств, чем активно занималось КСА. В частности, когда Иран выдвинул претензии на Бахрейн, только активные действия короля Фейсала спасли Бахрейн и заставили иранского шаха отказаться от своих притязаний. В дальнейшем дружественные отношения между КСА и Бахрейном были стабильными и справедливыми. Кроме того король Фейсал был намерен решить все спорные территориальные проблемы между соседями мирным путём.

Энергетический кризис 1973-74 гг. показал всему миру зависимость от нефти Залива, что активизировало деятельность КСА по объединению государств и обеспечению безопасности региона. Иран и Ирак, однако, не смогли договориться, и все усилия, казалось, были впустую. Но Саудовская Аравия не отказалась от этой идеи и в дальнейшем с 1978 г. проходили постоянные консультации между шестью странами по вопросам создания организации, отвечающей их интересам.

Начало 80-х обозначилось обострением отношений Ирана и Ирака, что поставило под угрозу региональную безопасность. В ноябре 1980 КСА выдвинуло проект обеспечения стабильности в регионе, что в дальнейшем сыграло большую роль в становлении ССАГПЗ. Эта организация обозначала начало нового этапа отношений между государствами Персидского Залива, а именно действия в рамках единой внешнеполитической стратегии. кроме того создание организации усиливало положение КСА и его первенство в регионе Залива, которое оно вело с Ираном и Ираком. Начало ирано-иракского конфликта в 1980 г. стало отправной точкой к созданию данного объединения, не включавшего конфликтующие стороны.

В мае 1981 года в Абу-Даби состоялась встреча глав государств будущих участников ССАГПЗ. В заявлении саудовского лидера короля Халеда звучало, что деятельность организации имеет своей целью достичь блага всего арабского народа, а Персидский Залив — его неотъемлемая часть. Кроме того говорилось, что блок не является военным и не планирует оказывать давление или тем более совершать силовое вмешательства в дела государств-соседей. Этот союз был назван братским и смысл его достижение благополучия, стабильности и взаимопонимания его участников. кроме того невхождение Ирана в ССАГПЗ обозначает невозможность его втянуть в войну членов организации, чего те категорически не хотели.

Обострение международных отношений в конце 1970-х — начале 1980-х и ввод советских войск в Афганистан, отразились на внешней политике Саудовской Аравии, всеми силами пытавшейся уберечь членов ССАГПЗ от вовлечения в борьбу сверхдержав — СССР и США. важным, по мнению министра иностранных дел КСА С. Аль-Фейсала, было сохранение стабильности в регионе, а это напрямую зависит от государств там расположенных. особенно важным это стало после доктрины президента Картера, объявившей Персидский Залив зоной жизненно важных интересов для Америки. Беря под свой контроль безопасность в регионе, американцы планировали усилить там военное присутствие, а также разместить военные базы и другие военные объекты.

Но КСА отказалась от американского вмешательства, и С. Аль-Фейсал заявил, что никакие иностранные базы и объекты не будут расположены в странах ССАГПЗ под предлогом защиты региона. Главной задачей этого периода являлось противостояние втягиванию королевства и его партнёров по ССАГПЗ в борьбу с СССР. кроме того важной считалась израильско-

Косач Г..Г. Мелкумян. Е.С. внешняя политика Саудовской Аравии. Приоритеты, направления, процесс принятия решений. М., 2003. С. 80

палестинская проблема, которая являлась единственным препятствием к установлению мира на всём Ближнем Востоке.

В это время Саудовская Аравия металась между решением двух проблем, с одной стороны противостояла израильской политике, а с другой искала пути решения ближневосточного конфликта. Своё слово высказал наследник -принц Фахд, предложивший свой план действий, ставший главной темой для обсуждения на собраниях ССАГПЗ. Во многом именно Саудовская Аравия повлияла на позицию стран-участниц организации, объявившей о своём нейтралитете и посредничестве в проведении мирных переговоров. Все документы организации гласили о необходимости скорейшего прекращения боевых действий и дипломатическом урегулировании конфликта. Продиктована такая позиция тем, что никто не хотел ввязываться в ненужную войну и тем, что не хотели портить отношения с конфликтующими сторонами после окончания войны.

Кроме того на такой подход оказали влияние двусторонние отношения стран-участниц с конфликтующими сторонами. В частности Ирак получил поддержку со стороны Кувейта и КСА. Кувейт старался проявлять позицию осторожно, так как Ирак имел территориальные притязания на его земли. Во время войны Кувейт финансово помогал Ираку, через его порты поступало снабжение военным снаряжением и другими необходимыми товарами, а кроме того Ирак получил разрешение на беспрепятственный пролет самолётов над территорией Кувейта.

В это же время Кувейт боялся испортить отношения с Ираном, который, впрочем, предпринимал самые активные действия: бомбардировка нефтяных сооружений, нападение на кувейтские нефтяные танкеры и даже подстрекательство к терактам со стороны исламских экстремистов на территории Кувейта.

Саудовская Аравия тоже оказывала поддержку Ираку, но совсем по другим причинам, в первую очередь из-за высокого уровня отношений до войны, а также вследствие намеченной политики ИРИ и связанных с ней противоречий.

В первые годы существования ССАГПЗ, Королевство Саудовская Аравия сталкивалась с трудностями в реализации своих решений, так как не могла добиться полного одобрения стран-участниц. Это было вызвано тем, что они были гораздо меньше и не имели такого потенциала, как КСА, и потому боялись попасть под доминирование королевства.55 С этим связан отказ в 1981 году от заключения договора о внутренней безопасности. Но все изменилось после попытки декабрьского переворота 1981 года в Бахрейне, осуществленной, по официальному заявлению, экстремистами, обученными в Иране.56 В 1982 году состоялось экстренное совещание, в рамках которого Бахрейну была выражена полная поддержка и подтвержден основополагающий принцип ССАГПЗ, что агрессия против одного члена организации обозначает агрессию против всех. Ситуация в Бахрейне подтолкнула страны ССАГПЗ заключить двусторонние договоры о безопасности с Саудовской Аравией. Исключением стал Кувейт, решительно воспротивившийся движению под эгидой КСА, ссылаясь на то, что его условия нанесут урон демократическим ценностям страны.

Несмотря на неудачу в заключении общего договора Королевство Саудовская Аравия активно подталкивала участников ССАГПЗ к совместной координации сил для решения проблем региона, как то усиление экстремистских течений, рост иммиграции и др. добиться заключения соглашения КСА удалось лишь в 1987 году под лозунгом безопасность любого государства-участника ССАГПЗ зависит от безопасности других государств-участников. Активными были действия Саудовской Аравии, связанные с идеей создания совместных вооруженных сил, однако эта роль не устраивала её партнёров, боявшихся оказаться в подчинении у Саудовской Аравии, которая будет хоть и частично контролировать их вооруженные

силы. Однако в 1984 все-таки были организованы совместные силы, названные «Щит полуострова», но военный состав его был малочислен и в основном состоял из граждан Саудовской Аравии.

Трудности, с которыми КСА сталкивалось, координируя деятельность ССАГПЗ, были вполне объективными, ведь маленьким странам приходилось отказываться от частички суверенитета в пользу ведущей державы, что было сложно. Однако, несмотря на это движение в эту сторону шло и зависело оно от двусторонних отношений малых стран с Саудовской Аравией.

Наиболее близкими были отношения Королевства Саудовская Аравия и Бахрейна, что связано с помощью Саудовской Аравии в сохранении политической стабильность после неудачного переворота в 1981 г. Кроме того в 1986 г. была построена дамба, соединившая две страны. ОАЭ и Катар были в гораздо меньшей степени подвержены влиянию КСА. Кроме того Катар недоволен из-за территориальных споров с Саудовской Аравией, а также недостаточной поддержкой в конфликтной ситуации с Бахрейном. именно поэтому Катар хочет проявлять самостоятельный курс, повышая свою значимость в рамках ССАГПЗ.

наиболее интересными являются отношения с Кувейтом, претерпевшие изменения с течением времени. На начальном этапе существования ССАГПЗ Кувейт отстаивал самостоятельность и раньше всех обрёл политическую независимость от ССАГПЗ и стал игроком на международной арене. Кроме того Кувейт оказывал финансовую поддержку соседям, претендуя тем самым на первенство среди малых государств, что в какой то мере вызывало соперничество с КСА.

кроме того двусторонние контакты Кувейта с партнерами позволяли ему быть вторым по значимости членом организации, что выразилось в выработке некоторых концептуальных положений устава ССАГПЗ, основанных на кувейтской сбалансированности международных связей. Однако всё переменилось после агрессии Ирака и колоссальных усилий, которые предприняла Саудовская Аравия для освобождения Кувейта. после

этого он окончательно признал первенство королевства в организации, и это привело к полному пониманию во взаимоотношениях дух стран.

Другим направлением внешней политики было укрепление позиций ССАГПЗ среди арабо-мусульманских государств. Прежде всего, путем привлечения международных инстанций добиться решения палестинской проблемы и обретения палестинцами прав на свою родную землю. Этот шаг был направлен на укрепление позиций королевства Саудовская Аравия в качестве защитника интересов арабских и мусульманских стран.

Последователем идей короля Фахда стал наследник — принц Абдалла. На открытии сессии ССАГПЗ он произнёс речь, в которой говорилось об ущербе, который нанесли террористы странам Залива и о том, что недостаточно собирать чрезвычайные саммиты, необходимо настоящее единство. В первую очередь Абдалла ссылался на отсутствие в организации институтов способных решать конфликты. Если пограничные споры по большей части решены, то нет общих вооруженных сил, нет единого рынка и

нет единой позиции среди членов ССАГПЗ в отношении кризисных ситуаций. причиной тому принц Абдалла видит традиционное понимание странами национального суверенитета.

Настойчивое желание США доказать наличие в Ираке оружия массового поражения поставило членов организации ССАГПЗ в тяжелое положение. С одной стороны разоружение Ирака входило в их интересы, поскольку тот мог представлять реальную угрозу. Но с другой не могли встать на сторону внешних сил, желавших применить жесткие военные меры, поскольку после кризиса восстановили дипломатические отношения и начали налаживать торговые контакты.

До начала военных действий в Ираке государства-участники ССАГПЗ целиком поддерживали идею резолюции № 1441, принятой Совбезом ООН в ноябре 2002 года. Но при этом они настаивали на сохранении территориальной целостности Ирака, и невозможности посягательства во внутренние дела их арабского соседа. Но при этом ключевой идеей, на которой настаивали члены ССАГПЗ во главе с Саудовской Аравией — идея возвращения в Ирак членов международной инспекции.

В начале марта 2003 года в Дохе Министерский совет ССАГПЗ выслушал инициативу президента ОАЭ Заида Аль Нахайяна об отставке С. Хуссейна с поста президента, чтобы избежать войны. Идея эта была одобрена Саудовской Аравией, Кувейтом и Бахрейном, выдвинув её обсуждение во всеарабский масштаб. Инициатива была рассмотрена главами арабских государств в Шарм аш-Шейхе, но не получила всеобщего одобрения.

Тем не менее, инициатива призывала к поиску выхода из кризиса, огородить жителей Ирака от кровопролитной войны и сохранить за ним территориальную целостность. чтобы этого добиться Заид Аль Нахайян предполагал:

Правительству Ирака добровольно сложить полномочия и покинуть страну.

Обеспечить руководителям Ирака гарантии, что они не будут подвергаться преследованию

Предоставить амнистию всем иракцам и предоставить Лиге Арабских государств контроль над положением дел в Ираке до разрешения кризиса.

Инициатива шейха Заида Аль Нахайяна стала, чуть ли не первой в истории ССАГПЗ программой, включающей принцип взаимодействия между правительством и гражданами. Речь шла об ограниченности национального суверенитета в пользу глобализации.

Раскола в рядах ССАГПЗ не состоялось и после начала США военных действий, даже, несмотря на различную политику. Совместно было принято решение расположить совместные военные силы «Щит полуострова» на ирако-кувейтской границе. Это было сделано для защиты Кувейта от возможной агрессии со стороны Ирака.

Страны-участницы ССАГПЗ были по-разному вовлечены в иракский кризис. Кувейт был полностью вовлечён, разрешив использовать свою территорию для проведения военный действий.

Катар также предоставил свою территорию для военного присутствия вооруженных сил США и великобритании, но армия Катара прямого участия не принимала.

Что касается Бахрейна, то он не предполагал участия в боевых действиях против Ирака, однако на его территории находились войска коалиции. кроме того Бахрейн выразил готовность после завершения военных действий прислать армию для поддержания мира.

Оман сохранил нейтралитет, сохраняя его как на начальном этапе, так и непосредственно в ходе боевых действий.

В самой непростой ситуации оказалось Королевство Саудовская Аравия, выступающая лидером ССАГПЗ и стремящаяся к главенствующей роли во всем арабском и мусульманском мире. именно поэтому Саудовская

Аравия должна была занять осторожную позицию, за которую её не будет критиковать арабский мир и которая не испортит отношений с США — давним союзником Королевства.

Для понимания региональной политики Саудовской Аравии необходимо обратить внимание на несколько положений. Во-первых, всю вину по поводу кризисной ситуации КСА возлагало на Ирак, а не на США. В течение 12 прошедших лет Ирак не исполнял резолюцию, принятую после кувейтского кризиса. Кроме того правительство Саудовской Аравии отчетливо осознавало, что у Ирака есть оружие массового поражения и в интересах Королевства его уничтожение. Это вызвано и тем, что Ирак, проявляя агрессию против Кувейта, вынуждает Саудовскую Аравию вступать на стороне партнера по ССАГПЗ. Также лояльность к США была условием решения палестинской проблемы, оправдывающей региональную политику КСА. В целом позиция королевства в период иракского кризиса объясняется стремлением к сохранению единства ССАГПЗ и закреплению роли лидера в арабском и мусульманском мире.

Таким образом, основной чертой внешней политики Королевства Саудовская Аравия в указанный период можно считать умеренность, что проявляется в решении конфликтов мирным путем.

ССАГПЗ во главе с Саудовской Аравией активно интегрируется в глобальные международные процессы, являясь не только лидером в регионе Залива, но и выходя на мировой уровень. основной слабостью этой организации является её закрытый характер и нежелании расширять число членов Совета сотрудничества

позитивным моментом внешнеполитического курса можно обозначить стремление Саудовской Аравии к лидерству в арабо-мусульманском мире и соответствие этому статусу путем попыток решения палестинского вопроса и

расширения сотрудничества в рамках ССАГПЗ.60 Одним из неудачных аспектов внешней политики можно назвать иракский кризис, закончившийся военным вмешательством США и свержением существовавшего режима.61

Глава III. Встречными курсами

.1 новый формат иранской политики в XXI в.

В первое пятилетие нового века внешняя политика Ирана строилась в необычных обстоятельствах, поскольку указанный период был наполнен серьёзными внутренними противоречиями. Дело в том, что внутри страны усилилось противоборство либералов и консерваторов. учитывая нестабильное положение в стране и экономический кризис, вызванный резким падением цен на нефть, консервативная часть истеблишмента Ирана набирала мощь, что вылилось в победу на выборах 2005 года Махмуда Ахмадинежада.

Иран начинает использовать новую дипломатию, направленную на достижение регионального лидерства в Заливе. особенностью этой политики были жесткость, сочетаемая с гибкостью и прагматизмом. вскоре после вступления в должность новый президент ИРИ выдвинул два предложения, которые касались безопасности в регионе Персидского залива.

первое призывало к скорейшему выводу из региона иностранных войск, присутствие которых, по мнению нового правительства, привело к беспорядкам, развитию анархии и экстремизма. страны ССАГПЗ, естественно, не могли одобрить это предложение, поскольку были связаны с США соглашениями по безопасности.

Второе предложение было озвучено М. Ахмадинежадом на саммите ОИК в декабре 2005 года и касалось создания «исламского соглашения по обороне и безопасности». Очевидно, что иранская дипломатия стремится к улучшению отношений с мусульманским миром.

новая дипломатия, которая пришла с вступлением Ахмадинежада в должность, была довольно амбициозной. В частности, его заявление о том, что Иран в скором времени станет «сверхдержавой». Что касается расстановки сил на геополитическом пространстве, то Исламская Республика Иран выступает за «многополярное мироустройство под эгидой ООН, в котором Иран и другие исламские страны будут формировать один из полюсов силы».

Также важным является речь М. Ахмадинежада на пресс-конференции заседания ОИК в декабре 2005 года. Он подчеркнул, что единство — является главной сущностью ислама и призвал к укреплению отношений исламских стран, что приведёт к росту могущества исламских государств и установлению нового порядка. Таким образом, данное заявление провозглашает политику Ирана, которая заключается не только в борьбе за влияние в Персидском заливе, но и получения статуса защитника всех мусульман, то есть распространение своего влияния на весь арабо- мусульманский мир.

Несмотря на стремление правительства М. Ахмадинежада к братским отношениям со всеми мусульманскими государствами, осложнения в отношениях Ирана и его арабских соседей наступили довольно быстро. Камнем преткновения вновь стали спорные с ОАЭ острова Абу Муса и большой и Малый Томбы. Каждая сторона настаивала на том, что острова принадлежат ей, однако ОАЭ предлагали Ирану переговоры по этому поводу, а также возможность рассмотрения этой проблемы гаагским судом. Эту инициативу одобрил как ССАГПЗ, так и партнёры ОАЭ по ЛАГ.

Иран, впрочем, долгое время отказывался от любых предложений, касающихся переговоров, считая острова неотъемлемой частью территории Ирана. Но в 2007 году на совещании ССАГПЗ в Дохе М. Ахмадинежад внес несколько предложений, которые должны были быть направлены на развитие отношений Ирана и государств-членов ССАГПЗ. Одним из предложений была готовность Ирана вступить в переговоры с ОАЭ по поводу спорных островов.

однако Иран не предпринял никаких шагов, чтобы воплотить заявления в жизнь. Наоборот, на острове Абу Муса началось строительство новых объектов. Ещё с 1992 года власти ИРИ проводят политику, которая направлена на распространение влияния Ирана на территории всего острова. Кроме того ОАЭ заявили, что Иран расположил на острове военные объекты, превращая остров в стратегический военные пункт, основываясь на его важном географическом положении.

Ещё сильнее обострилась ситуация после заявления Абдель Рахман Аль-Атыйя — генсека ССАГПЗ, сравнившего захват Ираном островов ОАЭ с оккупацией палестинских территорий Израилем. Эти слова вызвали резкие ответы с иранской стороны. Манучехр Матаки — министр иностранных дел ИРИ эти заявления назвал неприемлемыми. Депутат парламента ИРИ Казими Джалали и вовсе назвал их оскорбительными и ведущими к нарастанию напряжения в регионе. кроме того он отметил, что такие высказывания навязаны Западом и являются частью их «сатанинской политики».

кроме того К. Джалили называл проблему спорных островов

«игрушкой в руках держав Запада», которые используют её для того, чтобы разобщать исламские государства Персидского залива. кроме того политик заявлял о готовности Ирана к переговорам, однако не отрицал намерений Ирана сохранить границы своих территорий в неприкосновенности.

Кроме того международное посредничество было отвергнуто, поскольку вмешивалось во внутренние дела Ирана. Необходимости в гаагском суде иранская сторона не принимала, считая вопрос очевидным, а суверенитет Ирана над этими островами бесспорным.

Социально-политические потрясения, охватившие в 2010-2011 г. страны Ближнего Востока и Северной Африки задали новый вектор иранской дипломатии. Арабская весна с самого своего начала получила позитивный отклик в Иране, поскольку эти революционные идеи имели продолжение революции 1979 г. и свержения арабских режимов, недружественных Ирану, должны были способствовать его усилению на Ближнем Востоке. Подобные предположения имели под собой конкретные основания — изменение характера отношения Исламской Республики Иран и Египта — крупнейшей арабской страны. Важнейшим был пропуск кораблей Ирана через Суэцкий канал. Кроме того в Тунисе пришли к власти представители исламских организаций, а также революционные настроения захватили Йемен.

Первой неудачей для Ирана стали события в Бахрейне, где шиитская оппозиция, поддержанная Ираном, была подавлена совместными усилиями ССАГПЗ и войсками ОАЭ и КСА в частности. после этого многие арабские монархии были вынуждены принять вмешательство со стороны стран Запада, чтобы обезопасить себя. Кроме того действия Ирана подверглись критике со стороны ССАГПЗ и обвинения в причастности к событиям в Бахрейне. Также многие государства были недовольны политикой Ирана в отношении сирийского конфликта, что привело к ухудшению отношений с Ливаном, который пытался убрать все возможности для помощи «Хизбалле».

Негативными сирийские события оказались и для Ирака, где после вывода войск США сохранялся политический кризис, в котором не без оснований обвиняли ИРИ. В частности Иран поддерживал премьер-министра Ирака Нури аль-Малики, выражавшего интересы в первую очередь шиитской

части населения. По мнению Багдада, подобная политика Тегерана могла привести к расколу Ирака на шиитскую и суннитскую часть.63

Что касается Сирии, то Иран упорно пытался сохранить существующий режим Б. Асада, но при этом не мог противостоять революционным настроениям, и потому настоятельно рекомендовал сирийским властям пойти на реформы. кроме того Иран организовывал встречи с оппозицией, среди которых были переговоры с М. Тайфуром — главой «Братьев-мусульман» Сирии. однако переговоры ни к чему не привели. руководство ИРИ понимало, что при неудачном исходе сирийских событий пошатнётся положение государства на всем Ближнем Востоке. В частности лидеры ХАМАС оказали поддержку сирийской оппозиции и сделали заявление, что не выступят за Иран в случае войны.

Стремление Асада сохранить власть любым путём, включая репрессии, встречало недовольство со стороны международного сообщества. Иран по прежнему оказывал режиму поддержку как финансовую, так и непосредственно принимая участие на поле боя, понимая, что от ситуации в Сирии зависит дальнейшее взаимодействие суннитов и шиитов.

Одним из главных элементов поддержки ИРИ режима Асада в Сирии — финансовая и военно-техническая помощь в создании, по инициативе Б.Асада, Народной армии. Она представляла собой милицейские формирования, куда входили не только сирийцы (около 80%), но и шииты из Ирака, Ливана и других государств, сражающихся на стороне режима. Их деятельность осуществлялась под руководством опытных офицеров КСИР и

«Хизбаллы». Народная армия — независимое от регулярных армейских частей формирование, совместное предприятие Ирана, режима Б.Асада и

«Хизбаллы». важным является тот факт, что даже, несмотря на экономические санкции в отношении ИРИ, Тегеран активно поддерживает

Сирию, что свидетельствует о важности итогов сирийских событий для становления позиций Ирана на Ближнем Востоке.

В ближайших планах Ирана, особенно в случае раскола Сирии, была ставка на алавитов и шиитов, которые проживают на границе с Ливаном и имеют выход в Средиземное море. именно там Б. Асад с остатками своей армии сможет создать «алавитский анклав». Это позволит Ирану сохранить важные стратегические пункты в новой Сирии и даст возможность продолжать снабжать ливанскую «Хизбаллу» и как следствие влиять на ситуацию в районе так называемого «Машрика».4

С января 2012 г. сирийский режим оставался на плаву только за счёт помощи ИРИ и некоторых других стран (Китай, Россия), выступавших за переговоры конфликтующих сторон. Связь иранского и сирийского режимов очень сильная, и Иран сделает все возможное, чтобы этот режим сохранить. Но дело обстояло не только в том, что победа сирийской оппозиции лишит Иран политического и идеологического союзника, замены которому Ирану не найти, но и в том, что ИРИ окажется отброшенной от границ с Ливаном и Палестиной.

Революционные процессы в арабских странах нельзя рассматривать отдельно от противоборства монархий Персидского залива и Исламской Республики Иран. Монархии боятся регионального усиления Ирана, и потому Саудовская Аравия и Катар активно противостоят его планам. В их планы входит вывод Сирии и Ирака из-под иранского влияния. В то же время для КСА, как лидирующего государства в ССАГПЗ, важно, что глубокая вовлеченность ИРИ в сирийский кризис тратит их ресурсы, что укрепляет позиции самой Саудовской Аравии в регионе Залива. кроме того для КСА, Бахрейна и Йемена важно ослабление влияния Ирана на шиитские регионы этих стран. Поэтому Королевство Саудовская Аравия и Катар открыто

поддерживают сирийскую оппозицию, финансируя и вооружая её для свержения Б. Асада.

ключевым государством для внешней политики Ирана на Ближнем Востоке должен был стать Египет, дипломатические отношения с которым были разорваны Египтом после исламской революции 1979 г. В августе 2012 года М. Мурси — президент Египта посетил Тегеран, где в своем выступлении выразил критику режиму Б. Асада. На личной же встрече президентов Ирана и Египта М. Ахмадинежада и М. Мурси последний призывал ИРИ не вмешиваться во внутренние дела Ирака, а также решить разногласия с ОАЭ по поводу трех спорных островов, расположенных в регионе Персидского залива, которые обе стороны считают принадлежащими к их территории.

Правительство Ирана довольно спокойно отнеслось к высказываниям египетского лидера, что было связано с опасениями создания «суннитского блока», состоящего из ССАГПЗ, Египта и Турции. подобная перспектива подорвала бы позиции Ирана как в Ираке и Ливане, так и на всём Ближнем Востоке. однако определенные успехи по улучшению отношений между государствами были. Во время визита М. Ахмадинежада в Каир обсуждались те подводные камни, которые препятствовали нормализации отношений между государствами. Речь шла об экономическом сотрудничестве Египта и ИРИ, что выражалось в поставках Египту 5 миллионов тонн сырой нефти в месяц и переводе на депозит в ЦБ Египта нескольких миллиардов долларов. После чего уже в марте 2013 через Суэцкий канал Египет пропустил иранское большегрузное судно с оружием для сирийской армии.

Сближение Ирана и Египта насторожило США и ССАГПЗ, за чем последовал визит в Каир президента США Барака Обамы и госсекретаря США Джона Керри. Египетским властям напомнили об экономических санкциях в отношении Ирана и сообщили, что экономическая поддержка Египта продолжится только в случае пересмотра курса на сближение с ИРИ. одновременно с этим Катар заявил о своём намерении влить в экономику Египта 18 млрд. долларов.

«Арабская весна» стала тяжелым испытанием для дипломатии ИРИ, которой пришлось активизироваться для сохранения позиций государства на Ближнем Востоке. В Йемене Иран обеспечивал оружием хуситов, в Ливане при помощи «Хизбаллы» пытался влиять на ситуацию внутри государства. В Кувейте, Ираке и Бахрейне ИРИ поддерживала шиитские организации. кроме того Иран оккупировал три острова, находившиеся в совместном управлении с ОАЭ. В Сирии продолжали поддерживать режим Б. Асада.

Экономика Ирана сильно пострадала из-за международных санкций и понятно, что надежды на «арабскую весну» не оправдались. прежде всего это очевидно из-за того, что не произошло революций в монархиях Персидского залива. Главный союзник — сирийский режим Б. Асада вовлечён в гражданскую войну, что делает становление суннитского блока вполне реальным. Таким образом, арабская весна не оправдала ожиданий и стала для ИРИ больше угрозой, нежели преимуществом.

именно поэтому правительство Хасана Роухани серьезно относилось к вопросам внешней политики Исламской Республики Иран в течение предвыборной гонки 2013 года. По мнению нового президента Ирана, необходимо было исправить агрессивную и непрофессиональную политику М. Ахмадинежада. Эта Политика, по мнению Х. Роухани, привела к жёстким экономическим санкциям против ИРИ, что ухудшило как экономическое, так и стратегическое положение страны в международных отношениях и в регионе Персидского залива.

В противовес предшественнику Х. Роухани предложил «конструктивное взаимодействие» со странами Запада. задача данной политики заключалась в обеспечении национальных интересов страны посредством уменьшения напряженности в отношениях с ведущими государствами мира.

Цель внешней политики правительства Х. Роухани осталась прежней — подготовка благоприятных условий для превращения Ирана в регионального

лидера для распространения шиитской модели развития Ирана на другие страны. Однако после пришествия его к власти произошли некоторые изменения во внешнеполитическом курсе.

изменения коснулись в первую очередь Отношений Ирана со странами Запада. Необходимость смягчения отношений Хасан Роухани подчеркнул на первой же пресс-конференцию на посту президента. Этого удалось добиться посредством заключения договора в Женеве 24 ноября 2013г. между «шестёркой» международных посредников (пять членов Совбеза ООН и Германия), и Ираном. договор предполагал смягчение экономических санкций Запада против Ирана, который в ответ на это обязался частично заморозить свою ядерную программу.

Очевидно, что путь к договорённостям был непростым поскольку были официально представлены факты о том, что между США и ИРИ проходили секретные переговоры, которые во многом повлияли на позитивный исход женевских переговоров.

после вступления в 2009-м году Барака Обамы на пост президента США американцы сильно заинтересовались контактами с Ираном с целью достичь договорённости связанных с ядерной программой Исламской Республики Иран. Такую же заинтересованность проявил Иран.

Переговоры шли с разной долей успеха, но после того как М. Ахмадинежад был переизбран 2009 году на второй срок, Иран на переговорах занял непоколебимую позицию, что привело к введению ещё более жёстких санкций. Стоит отметить, что за 2011 — 2012 гг. было проведено всего лишь две встречи, которые не принесли никаких результатов.

В 2013 году число встреч иранских и американских дипломатов заметно увеличилось, особенно после того как страны шестёрки не смогли добиться результатов переговорах в Алма-Ате в 2013-м году.

однако после победы на президентских выборов Хасана Роухани произошёл настоящий прорыв, и уже осенью 2013 г. были сформулированы

основные позиции соглашения, которые вошли в договор заключённый в Женеве в ноябре 2013 г.

большое внимание новый президент Ирана уделял отношениям с Афганистаном. Это выразилось в заключении двухстороннего договора между ИРИ и ИРА о стратегическом партнёрстве, включая сотрудничество в военной сфере. кроме того, в декабре 2013 г. Хасан Роухани и Хамид Карзай подписали соглашение о дружбе и сотрудничестве двух стран в области экономики, политики, безопасности и культуры.

однако наряду с поддержкой официального правительства Афганистана, Иран осуществляет контакты с Талибаном, делая ставку на общие антиамериканские интересы. По британским источникам Иран поставляет талибам оружие, причём по схеме оружие в обмен на наркотики.

Одно из ключевых мест во внешней политике Ирана занимает курс по отношению к Израилю. новый президент Ирана Хасан Роухани заявлял, что готов взаимодействовать со всем миром, кроме Тель-Авива. кроме того президент осудил пропаганду проводимую Ахмадинеджадом в отношении Израиля, которая, по его мнению, обратила весь мир против Ирана, считая его угрозой безопасности в Персидском заливе. Именно поэтому перестали звучать жёсткие высказывания о проводимой руководством Израиля политике, которые и объединили мировое сообщество против Ирана. Однако в целом внешний курс по отношению с Израилем не претерпел значительных изменений, поскольку он является одним из столпов режима Исламской республики, а также обоснованием для военного строительства в ИРИ, а также проводимой политики Ирана в Сирии и Ливане.

Конгресс и сенат США, которые проводят произраильскую политику, повлияли на оппозиционные настроение во внешней политики президента Обамы, и когда начался новый раунд переговоров с Ираном по урегулированию отношений, 83 из 100 Сенаторов выступили за ужесточение позиции США и включения в договор положения о полном прекращении Ираном обогащения урана. аналогичная ситуация произошла и в конгрессе США где 395 из 435 конгрессменов выдвинули подобные требования.

Если вновь вернуться к направлениям внешней политики Исламской Республики Иран стоит отметить, что особую роль Хасан Роухани отводит странам ближнего и Среднего востока. Президент неоднократно говорил о приоритетном для Ирана курсе, целью которого являются дружеские отношения со всеми арабо-мусульманским странами, в первую очередь со странами региона Персидского залива. отношения, по мнению президента ИРИ должны быть основаны на взаимоуважении и соблюдении взаимных интересов. Кроме того Хасан Роухани подчеркнул необходимость выстраивать отношения между государствами основанные на поисках точек соприкосновения, а не концентрироваться на существующих разногласиях.

Особое место, по мнению руководства Ирана, занимают страны Персидского залива, поскольку ухудшение отношений с ними влечёт за собой ухудшение отношений между суннитами и шиитами, что подрывает единство и безопасность во всём арабо-мусульманском мире. С целью преодоления противоречий министр иностранных дел ИРИ Мохаммад Джавада Зариф совершил визиты в декабре 2013 г. в Кувейт Оман Катар ОАЭ, а в январе 2014 г. в Бейрут, Ирак и Иорданию.

Целью данной дипломатической поездки, по заявлению министра иностранных дел Ирана, являлось устранение сомнений по поводу соглашения по иранскому ядерному досье. Мохаммед Джавада Зариф отметил, что Иран стремится развивать отношения с арабскими странами Залива, включая КСА. Также он подчеркнул, что Иран стремится найти

решение сирийского кризиса без иностранного вмешательства, посредством общенациональных переговоров, основной задачей которых должна стать сохранение территориальной целостности Сирии и её национального суверенитета.

Наиболее продуктивными в начале 2013-2014 годах можно считать отношения между Ираном и Оманом. Несмотря на членство в ССАГПЗ руководство Омана старается дистанцироваться от жёсткой позиции проводимой Саудовской Аравией в отношении Ирана. Оман стал первой страной Залива, которую посетил Хасан Роухани после своего избрания президентом ИРИ. В ходе этого визита проходившего 12-13 марта 2014г. между Ираном и Оманом был заключён ряд соглашений, подразумевающих сотрудничество в области экономики, финансов и культуры, а также договорённость о поставках газа из Ирана в Оман и строительстве газопровода проходящего по одному Оманского залива. Данное соглашение является чрезвычайно важным, поскольку обеспечивает возможность сжижать иранский газ на заводах в Омане и поставлять его на мировой Рынок.

Если подводить итог внешней политики Ирана 2013-2014 годов следует отметить, что экономические санкции вынудили руководство Ирана сконцентрировать свои усилия на стабилизации отношений со всем миром. Это выражается и в секретных переговорах с США, касающихся ядерной проблемы Ирана, и ситуации в регионе Залива в целом, а также рассмотрение ситуации в Сирии и Афганистане.

Также имеются в виду взаимные уступки Ирана и стран «шестёрки» на переговорах, состоявшихся в Женеве в ноябре 2013 года, задачей которых являлось снятия напряженности в регионе. важно то, что во многом на заключение соглашения в Женеве повлиял российский подход к решению ядерной проблемы Ирана «стэп бай стэп», подготовленный МИДом РФ и

предусматривающий постепенную отмену санкций, производимую в ответ на уступки со стороны Ирана.

.2 Внешняя политика Королевства Саудовская Аравия в начале

XXI века

В начале XXI века Саудовской Аравии было вынуждено начать пересмотр своей внешней политики, путём не только коррекции внешнеполитического курса, но и переосмысления роли государства в современной системе международных отношений.

Эта страна давно закрепила за собой положение одного из наиболее важных акторов региональной и мировой политики. Это связано с тем, что КСА важнейший поставщик углеводородов на мировой Рынок. Кроме того в качестве наглядного примера можно привести роль Саудовской Аравии в международной кампании по борьбе с терроризмом, которую возглавили американцы и которые вынуждены были прибегать к консультации Саудовской Аравии, чтобы получить лояльность исламского сообщества и найти формы участия в этой кампании.

Вступая на трон, король Абдалла Аль-Сауд заметил, что регион переживает смутные времена, когда растет число столкновений и кризисы сменяют один другой. Кроме того в дела региона вмешиваются внешние силы, что негативно отражается на стабильности в регионе. следовательно, действия КСА должны быть направлены на смягчение угроз и рисков, а также решение проблем дипломатическими средствами.

Эти слова были приведены в исполнение в рамках XIX сессии ЛАГ, где Саудовская Аравия ратовала за продвижение всех арабов и мусульман по пути реформ. действия Королевства были направлены на предотвращение

столкновений между государствами, а также прекращение борьбы между суннитами и шиитами.

Со слов короля Абдаллы становилось понятно, что КСА рассматривает себя как «центр силы» всего арабо-мусульманского региона, что означает, что внешнеполитический курс Саудовской Аравии должен быть направлен на решение существующих конфликтных ситуаций и недопущение новых.

Очевидно, что в первую очередь внешнеполитическая деятельность Саудовской Аравии должна быть направлена на урегулирование арабо- израильского конфликта. Палестинская проблема, являющаяся «центральным звеном» этого конфликта, должна была быть решена в Мекке, куда стороны конфликта призвал прибыть на встречу саудовский монарх.

февраля 2007 года встреча состоялась, и стороны смогли достичь соглашения о формировании «правительства национального единства». Король Абдалла внимательно следил за ходом переговоров, хотя официально это обсуждение проводилось без постороннего участия. Достигнутое соглашение включало в себя уже указанное положение о формировании правительства, а также о его политической программе, и вопросы о национальном примирении, внутрипалестинском согласии и прекращении всяких столкновений.

Приоритетным же направлением внешней политики Саудовской Аравии оставался регион Персидского залива и деятельность КСА в рамках ССАГПЗ. Саудовская Аравия является единственным возможным лидером этой организации, способным проводить эффективную «центросиловую» политику, и поэтому в её внешней политике на первом месте стоят задачи развития и совершенствования координации на арабском направлении, т.е. в рамках своей деятельности в ССАГПЗ. В частности король Абдалла высоко оценивал достижения саудовской дипломатии после XXVII сессии глав государств ССАГПЗ. В ходе саммита речь велась об укреплении взаимного сотрудничества государств-членов ССАГПЗ и направлениях дальнейшего развития. В частности, речь велась о создании таможенного союза, общего

регионального рынка, а также о введении общей валюты. Кроме того обсуждались проблемы в Ираке и иранское ядерное досье.

Что касается иракской проблемы, то саммит вынес решение во многом отражающее позицию Саудовской Аравии: «уважение единства, суверенитета и независимости Ирака и его национальной идентичности»,

«невмешательство в его внутренние дела со стороны внешних сил»66. На саммите было также подробно рассмотрено иранское ядерное досье. Государства-члены ССАГПЗ пришли к заключению, что Ирану необходимо соблюдать принципы международной законности и решать спорные проблемы исключительно мирным путём. ССАГПЗ выразил свой призыв к ИРИ решить вопросы о ядерных разработках с МАГАТЭ.

Также важным для «умеренного» внешнеполитического курса Саудовской Аравии был вопрос о присоединении Израиля к Договору о нераспространении ядерного оружия и учёт всех его ядерных объектов комиссией МАГАТЭ. кроме того ССАГПЗ, не отказываясь от стремления очистить регион Персидского залива от оружия массового поражения, выразил своё право на ядерные разработки в мирных целях. В связи с этим высший совет ССАГПЗ заявил о проведении совместных исследований всех государств-членов ССАГПЗ в разработке «ядерной программы в мирных целях».

Решение региональных и арабо-мусульманских задач превращало КСА в важного актора на международной арене. Король Абдалла подчёркивал, что Саудовская Аравия занимается налаживанием взаимопонимания и сотрудничества со всеми мирными государствами с целью укрепления международной законности и налаживания диалога культур и цивилизаций.

Начала проясняться позиция королевства в отношении Ирака. 17 декабря 2006 года король Саудовской Аравии Абдалла собрал

Консультативный совет из представителей юго-западных провинций королевства — Асира, Джизана и Неджрана. Основными посылами данного собрания было то, что Саудовская Аравия ни под каким предлогом не собирается вводить свою армию на территорию Ирака. Главной же целью, по заявлению короля Абдаллы, является защита собственных граждан.68

Важной была и точка зрения С. Аль-Фейсала — главы внешнеполитического ведомства КСА, которую он озвучил на пресс- конференции 19 декабря 2006 года в Эр-Рияде. По его мнению, кровопролитие, происходящее в Ираке, вызывает озабоченность королевства. Как следствие, Королевство Саудовская Аравия намерено прилагать усилия для восстановления там безопасности, в том числе защищая от внешнего вмешательства, которое может привести к расколу. С. Аль-Фейсал призвал всех иракцев к сотрудничеству и примирению, потому что интересы Ирака, его целостности и суверенитета, важнее любых других целей.

На той же пресс-конференции С. Аль-Фейсалу задали ещё один неудобный вопрос, касающийся Ирака. Вопрос заключался в том, что существуют документы, что КСА поддерживает экономически и материально иракских суннитов. Ответ главы внешнеполитического ведомства был довольно уверенным и звучал так, что Саудовская Аравия сотрудничает с теми, кто стремится к сохранению независимости Ирака, в независимости от их принадлежности к той или иной конфессии или течению.

Важным был и вопрос, касающийся заявления о стремлении ССАГПЗ начать разработку собственной ядерной программы. Существовали два ключевых его аспекта. Первый это заявление президента ИРИ М. Ахмадинежада о готовности Ирана помочь странам ССАГПЗ, которое С. Аль-Фейсал прокомментировал как ценное, однако иранская программа сама нуждается в помощи, а кроме того Иран может использовать ядерную

энергию не только в мирных целях. Позиция же стран ССАГПЗ по этому вопросу неизменна — нераспространение оружия массового поражения в регионе Персидского залива. второй аспект — опасения со стороны США, которые выразила К. Райс — государственный секретарь США. На это глава внешнеполитического ведомства КСА ответил, что не понимает причину опасений, поскольку политика стран ССАГПЗ стабильна и направлена на превращение региона в свободную от оружия массового поражения зону, а государства имеют право на опыт в данной сфере.

Ещё одним важным вопросом саудовской внешней политики оставался ливанский кризис. Позиция Саудовской Аравии по этому вопросу довольно многогранна, начиная от гуманитарного подхода и заканчивая более широким, включающим комплекс мер по урегулированию ситуации на Ближнем Востоке. Для понимания многогранности мнений следует обратиться к саудовской прессе.

газета «Ар-Рияд» писала, что Ливан разрушен, инраструктура уничтожена, а для горожан стали привычными звук сирены и взрывы ракет. газета отмечала, что Ближнему Востоку нужен мир и политика, которая мотрит в будущее, далёкое от войн. Если же государства региона сами на это не способны, то следует обратиться к Америке. Если учесть, что то, что вновь построили в Ливане, погибло в течение пары недель, то это значит что во главе страны вновь силы, которые стремятся к агрессии, что сопоставимо по степени осуществляемого насилия с лидерами Израиля.

Другая газета «Аш-Шарк Аль-Аусат», издающаяся в Лондоне на английском языке, но широко распространённая в Саудовской Аравии в статье своего главреда обращалась к лидеру «Хизбаллы» Саиду Хасану Насралле. Тот был обвинён в умышленном похищении израильских солдат, а также наплевательском отношении к страданиям собственного народа, потому что он стремится стать лидером арабо-мусульманского мира.

На уровне официальных лиц заявление сделал глава внешнеполитического ведомства Саудовской Аравии С. Аль-Фейсал, призвав к немедленному прекращению в Ливане всех боевых действий. Граждане Ливана не несут ответственность за то, от чего страдает их инфраструктура. Более того в конце июля были проведены встречи С. Аль-Фейсала и Бандар бен Султана (главу Совета по нацбезопасности КСА) с Т. Блэром, Дж. Бушем и В.В. Путиным. На них говорилось о необходимости восстановления суверенитета Ливана, с вмешательством внешних сил, поскольку местные власти неспособны самостоятельно обеспечить безопасность внутри страны.

Важное событие случилось в марте 2007 года — в Эр-Рияд прибыл президент ИРИ Махмуд Ахмадинежад с официальным визитом. 3 марта состоялись его переговоры с королем Саудовской Аравии Абдаллой. Событие значимо хотя бы потому, что предыдущая встреча глав государств была в далеком 2005 в ходе саммита ОИК. Однако важно то, что эти две страны являются лидерами в арабо-мусульманском мире и у них разные представления на происходящие там события.

Руководство КСА не раз высказывала идею «общей судьбы» стран ССАГПЗ и Ирана, что подразумевал опору на солидарность и совещательный характер принятия решений, исключающий всякое давление. Но при этом обе страны борются за лидерство, как в регионе Залива, так и на всем Ближнем востоке.

Эти обстоятельства определили характер переговоров лидеров Саудовской Аравии и Исламской республики Иран. газета «Аш-Шарка Аль- Аусат» заявила, что речь там шла о региональных конфликтах (в Ираке, Ливане), об общем положении дел на Ближнем Востоке и о ядерной программе Исламской Республики Иран.

М. Ахмадинежад заявлял, что Иран готов помогать Ливану, если тот обратится с соответствующей просьбой, а что касается Ирака, то президент ИРИ сказал, что им необходимо реализовать собственные принятые решения.

По результатам переговоров министерство иностранных дел КСА заявило, что оно прошло успешно, а М. Ахмадинежада оценили как мудрого в отношении решения вопросов связанных с мусульманами. Главной же угрозой, по мнению обеих стран, является возможное противостояние между суннитами и шиитами, для предотвращения которого необходимо объединение мусульман. Также руководители обеих стран высказались за сохранение целостности Ирака, а по Ливану прозвучало лишь, что руководство Ирана внимательно следит за действиями Саудовской Аравии по урегулированию конфликта. наконец, в ходе переговоров стороны обсудили перспективы сотрудничества в разных областях, поскольку это пойдет на благо обоих государств. Интересно, что саудовский документ не отразил ничего по поводу иранской ядерной программы.

Тем не менее, очевиден тот факт, что Саудовской Аравии необходимо добиться взаимопонимания с Ираном, поскольку эта страна один из ведущих акторов на Ближнем Востоке. Во многом интересы обеих стран идентичны, однако это не значит, что они полностью совпадают. По этому поводу газета Ар-Рияд выпустила статью «королевство и Иран: есть ли объединяющие цели?». В частности страны должны понимать, что необходимо ограничить внешнее вмешательство в дела региона. С одной стороны Ирану невыгодны всяческие столкновения с Западом, потому что это чревато экономическими санкциями. А с другой КСА не заинтересовано, чтобы Иран, который стремится получить ядерное оружие, распался, как Советский Союз, сильно надломившийся из-за гонки вооружений. несмотря на то, что Иран сильный оппонент Саудовской Аравии в борьбе за Лидерство в регионе, он — часть региона и не должен повторять советский опыт.

Арабская весна, как и в случае с Ираном внесла существенные коррективы в политику КСА, затронув ближайших союзников и партнеров королевства. ССАГПЗ — важнейший тыл Королевства Саудовская Аравия и защита его участников является приоритетной во внешней политике государства. Примером тому служит ситуация в Бахрейне, когда из-за

иранских действий в 2011 г. начались межконфессиональные трения. однако Эр-Рияд добился поддержки со стороны остальных членов ССАГПЗ и Лиги арабских государства, и произошло перемещение военных сил ССАГПЗ —

«Щита полуострова» на территорию Бахрейна. Именно благодаря «щиту» удалось отразить дестабилизирующие факторы иранского влияния и положить конец революционным настроениям.

Сложившаяся ситуация позволяет понять намерения Саудовской Аравии в отношении дальнейшей судьбы ССАГПЗ. В частности к тому, что с мая 2011 года к участию в организации приглашались Марокко и Иордания. Это было нужно КСА для расширения региона и как следствие усиление безопасности, поскольку условием вступления в ССАГПЗ являлась подпись соглашения о сотрудничестве и взаимной обороне.

декабря состоялось открытие в Эр-Рияде очередной сессии ССАГПЗ, где король КСА Абдалла ибн Абдул-Азиз заявил о наступлении «эпохи вызовов», для преодоления которой членам ССАГПЗ требуется перейти на новый уровень сотрудничества, предполагающий отказ от части национального суверенитета в пользу организации. Немедленным сторонником этой инициативы выступил Бахрейн. Однако остальные государства-члены ССАГПЗ встретили эту идею достаточно холодно, боясь усиления влияния Саудовской Аравии и потери своего суверенитета.

Очевидной тенденцией к интеграции в рядах ССАГПЗ в ответ на вызовы по дестабилизации положения на Ближнем Востоке, было стремление исключить Иран из активных игроков в регионе Залива. Заключительный отчет Совета министров ССАГПЗ (при участии министров иностранных дел Марокко и Иордании) ноября 2014 года гласил, что вмешательство Ирана во внутренние дела стран ССАГПЗ подрывает основы безопасности в регионе Персидского залива.

несмотря на очевидные сложности в декабре 2013 года в Эль-Кувейте удалось достичь договоренности по созданию единого военного командования, имеющего штаб-квартиру в Эр-Рияде. В ноябре того же года

было также подписано соглашение о широком взаимодействии спецслужб государств ССАГПЗ.

Королевство Саудовская Аравия использовало заключенные соглашения с целью унять активную внешнюю политику Катара, стремившегося к упрочению своего места в ССАГПЗ и попыткам стать во главе маленьких королевств Совета. Саудовская Аравия, поддержанная ОАЭ и Бахрейном, отозвала своих послов из Дохи. Это было шагом по укреплению позиций КСА в регионе и ответом на те политические контакты с организациями (в частности с «Братьями-мусульманами»), которые считались террористическими и шли в русле проиранской политики. Катар был обвинён в невыполнении соглашения по поддержанию безопасности и стабильности в регионе.

Однако уже в ноябре 2014 года конфликт был исчерпан, и соглашение между государствами было достигнуто. Этот инцидент открыл ССАГПЗ новую страницу отношений, направленную на дальнейшее сплочение и интеграцию в целях защиты безопасности региона.

Революции на ближнем востоке заставили Саудовскую Аравию всерьёз задуматься о способах смягчения их последствий. Единственным способом сохранения безопасности в регионе было прекращения кровопролития и начало реформ.

важным направлением были отношения с Египтом, где произошло падение режима Хосни Мубарака. Целью саудовской внешней политики стало выдвижение в Египте политика исламского толка. М. Мурси с этой точки зрения саудовское правительство рассматривало с опаской. однако, налаживание отношений с ним, могло способствовать политически верному направлению организации «Братья-мусульмане».

однако саудовско-египетские отношения были в состоянии кризиса, поскольку Египет взял курс на улучшение отношений с Ираном. За этим в апреле 2012 г. последовало закрытие посольства КСА в Каире и прекращение финансовой поддержки Египта. В июле того же года М. Мурси посетил Саудовскую Аравию, в результате чего был заключён договор об увеличении вложений в экономику Египта со стороны Саудовской Аравии в обмен на льготы для их предпринимателей. Кроме того было объявлено, что важным вопросом являются отношения Тегерана и Каира. Было подчёркнуто, что Саудовская Аравия и другие государства Залива не имеют ничего против дипломатических отношений двух государств, однако они не должны быть направлены на дестабилизацию положения в Заливе и на всём Ближнем Востоке.

впрочем, переворот, свершённый 3 июля 2013 египетской армией во главе с Абдулом-Фаттахом Ас-Сиси был встречен королевством Саудовская Аравия положительно. Эр-Рияд направил в Каир поздравления и восхищения мужеством египетской армии, а также предложение материальной помощи. В дальнейшем саудовская политика развивалась в сторону активного сближения с Египтом.

В августе 2014 состоялся саммит двух государств, целью которого было восстановление стратегического партнёрства. поэтому, по заявлению министра иностранных дел КСА С. Аль-Фейсала, Египет должен содействовать урегулированию ситуации в Палестине, Ираке и Ливии. проблемы вмешательства Ирана и нарастания опасности международного терроризма могли быть решены только посредством кооперации ведущих арабских государств.

Другим направлением стали страны, где позиции Ирана были особенно сильны — Сирия и Ливан. Связь с Ираном выражалось в поддержке ХАМАС и «Хизбаллы», дестабилизируя тем самым, по мнению Саудовской Аравии, положение на Ближнем Востоке. Рост недовольств и выступлений в Сирии предоставил КСА возможность влиять на ситуацию внутри государства. Первоначальный план был прекратить всякое кровопролитие и приступить к реформам. королевство не было заинтересовано в падении режима Б. Асада, поскольку это могло завести страну в глубокий кризис.

однако со временем КСА обрело взгляд на сирийское будущее, что выразилось в выступлении короля Абдаллы ибн Абдул-Азиза с обращением к «братьям в Сирии». В этом обращении король обличал режим Б. Асада в жесточайшем кровопролитии, противоречащем всем религиозным и светским нормам. По мнению саудовского правительства, есть два пути: согласиться на проведение немедленных реформ, или страна погрязнет в хаосе. При этом ставка королевства делалась на оппозицию, а кроме того король отозвал посла Саудовской Аравии из Дамаска. В дальнейшем на министерском совете ССАГПЗ действия правительства Сирии были осуждены.

В августе 2011 года состоялось совещание министров ЛАГ, где обсуждались сирийские события, что было устроено усилия КСА и членами ССАГПЗ. Постановление, вынесенное на совете, было выдержано в саудовском стиле и требовало немедленного обращения к мудрости и прекращению кровопролития. За этим постановлением последовал призыв всем членам ЛАГ отозвать своих послов из Дамаска и предоставить место в работе ЛАГ национальной коалиции сил сирийской оппозиции и революции (НКССОР).

королевство Саудовская Аравия позитивно встретило решения ЛАГ, но настаивало на более жестких мерах, в частности на интернализации конфликта, то есть участия в его разрешении мирового сообщества. Позиция Саудовской Аравии предполагала, что это убережёт Сирию от одностороннего вмешательства разных стран, несущее в себе дестабилизацию в регионе, потому что каждый участник решает свои внешнеполитические задачи. Основной целью стоящей перед сирийским правительством Саудовская Аравия называла обеспечение безопасности мирных жителей.

Министр иностранных дел КСА С. Аль-Фейсал в декабре 2012 года в Маракеше, в рамках встречи Друзей сирийского народа, объявил позицию королевства по сирийскому вопросу. Единственным законным представителем сирийцев признавалась НКССОР. кроме того для облегчения страданий народа были пожертвованы 100 млн. долларов.

В январе 2014 года на конференции «Женева-2» Саудовская Аравия заявила о том, что Башар Асад запятнал себя кровью и не может в дальнейшем влиять на судьбу государства. Задачей конференции, по мнению саудовской стороны, являлось создание временного полномочного правительства, которое смогло бы поддерживать безопасность и порядок в военной и политической сферах.

таким образом, Саудовская Аравия продолжает политику интеграции в рамках ССАГПЗ в ответ на дестабилизацию положения в регионе. кроме того, рассматривая себя, как центральное существующих конфликтов и недопущение новых. По мнению руководства КСА, все конфликты должны решаться исключительно мирным, дипломатическим путём. В частности Саудовская Аравия совершала активные действия по урегулированию сирийского кризиса. А также следует отметить курс на сближение Саудовской Аравии с Египтом.

.3Ирано-саудовская региональная борьба. угрозы и перспективы

лидерство персидский залив аравия

после уничтожения режима Саддама Хусейна в Ираке и ослабления талибов в Афганистане Иран получил хороший шанс стать одной из самых влиятельных держав в регионе Залива и на Ближнем Востоке в целом. В противовес ССАГПЗ Иран выстраивал союзные отношения с влиятельными организациями государств арабского Востока — яркими примерами являются

«Хизбалла» — ливанская шиитская организация, а также палестинский ХАМАС.

С другой стороны, уничтожение легитимного правительства в Ираке вывело на политическую арену незаконное политическое образование — исламского государство. Помимо того факта, что оно ослабляло позиции союзников Ирана в Ираке и Сирии, своими действиями ИГ вызывало сильное осуждение в лице мирового сообщества.

В этих условиях и Исламская Республика Иран и Королевство Саудовская Аравия попытались не упустить инициативу и примерить на себя статус не только регионального, но и мирового посредника и миротворца.

Развивая идею союза «миротворческих сил широкой коалиции» и КСА, саудовские власти инициировали 15 июня 2014 года в Каире совещание совета ЛАГ, где была принята резолюция, осудившая деятельность ИГИЛ на ерритории Ирака. 18 июня в Джидде на министерском совете ОИС тема была развита Саудом Аль-Фейсалом. Министр иностранных дел КСА заявил, что политика конфессионализации привела к маргинализации иракского социума и внутрииракской смуте. Это, по мнению С. Аль-Фейсала, может вылиться в гражданскую войну, а также превращение территории Ирака в убежище экстремистов и террористов.

В рамках ЛАГ Саудовская Аравия и её партнёры по ССАГПЗ в сентябре 2014 года смогли добиться принятия резолюции № 7804, в которой осуждалось Исламское кроме того в сентябре в Джидде также прошло совещание министров иностранных дел Египта, Турции, Ливана,

Ирака, Иордании, США и стран-членов ССАГПЗ, где оформилась международная коалиция по борьбе с ИГИЛ.

Эти инициативы не могли не вызвать ответной реакции Ирана. прежде всего, следует отметить, что приход в 2013 на президентский пост Х. Рухани стало началом корректировки внешнеполитического курса и эволюции дипломатических контактов ИРИ. Так, в одном из телеэфиров Х. Роухани заявил о налаживании отношений с Россией и Китаем, что обернулось шоком для Запада, который видел в новом президенте Ирана прозападного политика. Даже внутри ИРИ считалось, что его победа на выборах положит конец восточному сотрудничеству и сместит ось на Запад. несмотря на расширение восточных отношений, Х. Роухани вынужден был проводить много времени в переговорах по ядерной программе.

Во-вторых, власти Ирана заявили, что в отношениях с соседями, их целью являются дружественные и братские отношения, а также борьба с терроризмом. большой ошибкой Х. Роухани назвал казнь в Эр-Рияде проповедника Нимра ан-Нимра. В этом заявлении прозвучал намек на идентичность методов и судебной практики КСА и ИГ. Кроме того, Х. Роухани заметил тем, что Саудовской Аравии следует прекратить создавать отрицательный образ Ирана в глазах мировой общественности, а также сеять раздор между суннитами и шиитами.

В-третьих, иранские дипломаты стали указывать, что политический кризис последних лет стал результатом прямого вмешательства западных стран в политическую расстановку сил на Ближнем и Среднем Востоке. Так называемая «арабская весна» разрушила устоявшийся баланс сил, убрав с политической арены старых закаленных в политических баталиях политиков и харизматичных лидеров. А поскольку королевство является старинным проводником западной политики в регионе, оно также несет ответственность за сложившуюся ситуацию. конечно, в определенной степени усиление позиций Ирана в регионе также произошло в результате «арабской весны», но об этом иранская дипломатия предпочла умолчать.

Не последнюю роль в определении нового курса сыграла личность самого иранского президента. Политика Х. Роухани развивается по простому принципу: выбор направления, обеспечивающего экономические и политические интересы государства и его жителей. Следовательно, любое решение, принимаемое правительством Х. Роухани, рассматривается на перспективу, какие прибыли и убытки оно принесёт. Этим обосновано его мнение о том, что во внешней политике постоянных друзей и врагов нет, каждое соглашение определяется лишь национальными интересами. Этот краеугольный камень предыдущих 8 лет дипломатического развития страны (разделение стран на врагов и друзей) был решён подбором дипломатов с практичными взглядами на политику.

Кроме того следует понимать, что такая балансирующая политика делает ИРИ сильным игроком на международной арене, отдаляя старый образ слабой и беспомощной страны. Иран больше не намерен быть в зависимом положении и ждать, какая сторона победит. Иран намерен сам решать свою судьбу.

Что касается перспектив российско-иранского сотрудничества на Ближнем Востоке, то, по мнению Исламской Республики Иран, важными составляющими являются: борьба с терроризмом; охранение равновесия сил в регионе; противодействие стремлению США к установлению контроля над регионом, а также развитие экономического, промышленного и военного сотрудничества.

Что касается сирийского кризиса, то он повлиял на выстраивание трёх линий внешнеполитического курса Ирана на Ближнем Востоке.

краткосрочный, который заключается в том, что конфликты (в Ираке и Сирии) не должны представлять угрозу безопасности Ирана.

Среднесрочный, который заключается в том, что Ирак и Сирия являются сферой интересов внешнеполитического курса Ирана и военное присутствие США эти интересы нарушает.

Долгосрочный, который заключается в том, что расстановка сил на Ближнем Востоке не устраивает Исламскую Республику Иран. Стратегия Ирана направлена на: усиление ливанской «Хезболлы»; получение контроля над действиями Израиля; а также поддержка движения «Хамас» и контроль над Сирией и Ираком. Исламская Республика Иран наращивает свой потенциал в экономическом, военном и внешнеполитическом аспектах с целью добиться лидерства на Ближнем Востоке.

вопрос перспектив отношений Ирана со странами Персидского залива и в первую очередь с Саудовской Аравией является ключевым на современном этапе. Саудовская пресса пишет о поддержке арабских монархий залива инициативы королевства Саудовская Аравия по разрыву дипломатических отношений с Ираном. однако на деле примеру Саудовской Аравии последовали лишь Судан и Бахрейн.

Что касается других стран Залива, то Кувейт и ОАЭ лишь снизили представительство в Тегеране. Однако членство в ССАГПЗ и давление с саудовской стороны требует от монархий Персидского залива единого решения.

Ухудшение саудовско-иранских отношений ставит под угрозу перспективы урегулирования сирийского конфликта, поскольку обе страны являются его участниками. Компромиссы в отношении путей решения сирийского кризиса, по мнению Эр-Рияда, невозможны, а напряженность отношений двух стран ещё более усиливает отказ КСА от поиска этих компромиссов.

В целом попытки Саудовской Аравии укрепить своё положение в качестве регионального лидера довольно неутешительны. Во-первых, Иран вышел из-под действия санкций и набирает мощь и влияние в регионе. Во-вторых, дорогостоящие попытки решения кризиса в Сирии давят на бюджет КСА. Кризис дал понять, что распространение своего влияния в регионе Саудовская Аравия может только через «джихадизм», однако это затратно и неэффективно. Таким образом, на повестку дня встаёт главный вопрос, возможно ли быть лидером в регионе без соответствующих вооруженных сил? Ответ вполне очевиден, что делает перспективы для Саудовской Аравии в этом отношении довольно туманными.

Заключение

Иранская дипломатия после революции и до конца XX в. прошла целый ряд перестроений. Курс на силовые методы экспорта исламской революции потерпел крах, поскольку Иран оказался в международной изоляции и не мог противостоять всему миру в одиночку, а с другой стороны монархии Персидского залива опасаясь свержения собственных режимов негативно оценивали деструктивную деятельность со стороны Исламской Республики Иран.

Улучшения наступили лишь в конце 1990-х годов с приходом к власти М. Хатами и налаживанием отношений с монархиями Залива и началом

«цивилизационного» диалога с США.

Что касается внешней политики Саудовской Аравии, то её можно охарактеризовать как умеренную и направленную на решение всех конфликтов дипломатическими средствами. Создание ССАГПЗ и интеграция этой организации в международные процессы является важным фактором в борьбе Саудовской Аравии за региональное первенство в Персидском заливе, однако очевидным упущением является закрытый характер этой организации.

В начале XXI века с приходом к власти в Иране неоконсерваторов во главе с М. Ахмадинежадом внешнеполитический курс сместился в сторону прагматизма. Важным было стремление к распространению своего влияния через попытки решения региональных проблем и получению статуса защитника всех мусульман. однако налаживанию отношений со странами Залива помешала Политика Ирана по поводу спорных с ОАЭ островов.

Планы, которые Исламская Республика Иран возлагала на «арабскую весну» также не увенчались успехом, и шиитский режим не был установлен в Бахрейне, Сирии, Кувейте, Ливане, где ИРИ поддерживала шиитскую оппозицию.

С приходом к власти в 2013 г. Х. Роухани Иран активизировал внешнюю политику, направленную на стабилизацию отношений, что позволило вывести страну из-под влияния экономических санкций.

Что касается внешней политики Саудовской Аравии в XXI веке, то она была направлена на дальнейшую интеграцию в рамках ССАГПЗ и разрешение существующих региональных проблем.

Борьба между региональными центрами силы: Исламской Республикой Иран и королевством Саудовская Аравия на современном этапе является определяющим фактором ситуации на Ближнем Востоке. Эти два государства ведут противостояние руками союзников посредством влияния на ситуацию в Сирии, Ливане, Ираке, Йемене, Бахрейне.

однако страны не намерены вступать в лобовое столкновение. Для Тегерана подобная война не выгодна по ряду причин. Во-первых, Иран только добился выхода из международной изоляции и настроен на масштабное экономическое развитие и привлечение в страну инвестиций и технологий. Во-вторых, памятен ирано-иракский конфликт, который тяжело дался иранскому народу. В-третьих, открытое столкновение Ирана и Саудовской Аравии серьёзно ухудшит имидж Исламской Республики Иран в глазах арабских суннитов, который, впрочем, и сейчас оставляет желать лучшего. Что касается позиции Саудовской Аравии, то её выразил принц Мухаммед бен Сальман в интервью журналу Economist в январе 2016 г. принц отметил: «Мы исключаем подобную возможность. Тот, кто толкает к такой войне, находится не в своем уме».

таким образом, можно отметить, что холодная война между Ираном и Саудовской Аравией будет вестись руками союзников, истощая силы не самих крупнейших держав региона, а соседних государств (Сирия, Ирак, Йемен, Ливан), мешая тем самым достижению стабильности и безопасности в регионе.

Список использованной литературы

Литература

Агаев С.Л. Иран: рождение республики. — М., 1984.

Алиев С.М. История Ирана. XX век. М., 2004

Алиев С.М. Нефть и общественное развитие Ирана в XX в. — М., 1985

Ансари Х. Имам Хомейни. М., 1999

Арабаджян А.З. Сверхдержавы и Иран. // Иран: Ислам и власть под ред. Мамедовой Н.М. и М. Санаи. М., 2001

Валькова Л.В. Саудовская Аравия: нефть, Ислам, политика. — М., 1987

Вартянян А.М. Трансформация внешнеполитической доктрины ИРИ. В 1979-2005 гг. // Афганистан, Иран, Пакистан: время выборов и

перемен. М., 2006. С. 93

Васильев А.М. История Саудовской Аравии (1745- конец XX в.). М., 1999.

Васильев А.М. Персидский залив в эпицентре бури. — М., 1983

двадцать пять лет исламской революции в Иране. Отв. Ред. Н.М. Мамедова. М., 2005

Дунаева Е.В. Перспективы сотрудничества россии и Ирана на горизонте 2025 г. // Восток, № 6, 2012

Евсеев В.В. Военно-политические аспекты иранской ядерной проблемы. М. 2010

Евсеев В.В. Перспективы иранской ядерной программы при президенте Хасане Роухани. М., 2013

Иран: Ислам и власть под ред. Мамедовой Н.М. и М.Санаи. М., 2001

Иран: история и современность. Под ред. Мамедовой Н.М, Кулагиной Л.М. М., 2014

Исаев Г.Г. Сотниченко А.А. Ближний восток: война и политика. М.,

Исламская революция в Иране: прошлое, настоящее, будущее. М., 1999

Исламская Республика Иран в 90-е годы (Экономика, политика, культура) под ред. Мамедовой Н.М., М., 1998

Кондратьев С.С. особенности внешней политики Исламской Республики Иран на пороге тысячелетия // Сборник «Ближний восток и современность» № 14. М., 2002

Косач Г.Г., Мелкумян Е.С. Саудовская внешняя политика: к вопросу о национальной интерпретации курса страны // Сборник «Ближний восток и современность» № 16. М., 2002

Косач Г.Г., Мелкумян Е.С. внешняя политика Саудовской Аравии. Приоритеты, направления, процесс принятия решения». М., 2003

Косач Г.Г. Саудовское Косач Г.Г. Эволюция внешней политики Саудовской Аравии после

«Арабской весны». // Вестник Нижегородского университета им. Н.И. Лобачевского. Нижний Новгород, 2015

Крылов А.В., Федоченко А.В. Ближний Восток: возможные варианты трансформационных процессов. М., 2012

Кузьмин А. Ю. Некоторые особенности выстраивания отрегионаьных внешнеполитическиз ориентиров Королевства Саудовская Аравия в начале XXI в. // Вестник Вятского государственного гуманитарного университета. Выпуск № 11. Киров. 2014

Маркарян Р.В. Зона Персидского залива: проблемы, перспективы. М., 1986

Мелкумян Е.С. ССАГПЗ в глобальных и региональных процессах. М., 1999

Мелкумян Е.С. Отношение арабских государств Персидского залива к Ирану: новые тенденции // Сборник «Ближний восток и современность» № 14. М., 2002

Мелкумян Е.С. Мирная инициатива Саудовской Аравии в контексте ее внешней политики // Сборник «Ближний восток и современность» № 15. М., 2002

Мелкумян Е.С. Регион залива: конфликты, компромиссы, сотрудничество. М., 2008

Млечин Л.М. В поисках утраченного величия. Иран, ядерное оружие и Ближний Восток. СПб., 2014

Примаков Е.М. Персидский залив: нефть и монополии. — М., 1983

Рыков А.Г. Региональные амбиции новой иранской дипломатии // Сборник «Ближний Восток и современность» № 33. М., 2007

Чернова А. Ф. влияние исламской революции на монархические режимы в Персидском заливе // Известия российского государственного педагогического университета им. А. И. Герцена.

№ 161, 2003

Ушаков В.А. Иран и мусульманский мир (1979-1998). М., 1999

Хоссейнзадех В. Боев Э.Б. Перспективы российско-иранского сотрудничества на Ближнем Востоке в современных условиях. Иранский взгляд. // Иран во втором десятилетии XXI века: вызовы и перспективы. Под ред. Мамедовой Н.М., Каменевой М.С., Федоровой И.Е. М., 2016

Учебная работа. Королевство Саудовская Аравия и Исламская Республика Иран в борьбе за региональное лидерство в Персидском заливе